Обетованная гибель

Posted in Magic Story on 19 Август 2016

By Ken Troop

Ken Troop is a designer and writer at Wizards of the Coast. He has written the short story "Five Brothers" for the Shadowmoor anthology and has written "Talrand, Sky Summoner" and "The Consequences of Attraction" for Uncharted Realms.

Предыдущая история: Битва за Трейбен

Иннистраду грозит гибель. В мир явилась Эмракул, и с титаном Эльдрази пришли кошмарные мутации, готовые истребить все живое на Иннистраде. Стражи собрались в Трейбене, и Лилиана со своей ордой зомби выгадала для них время и место, чтобы разработать план.

Но что за план может помочь совладать с Эмракул?


Лилиана

Смотреть, как кривятся и мучаются назвавшие себя Стражами, было одно удовольствие. Едва сдерживаемое раздражение Гидеона, злоба Ниссы, нетерпеливость Чандры и болезненная нерешительность Джейса. Джейс был в своем любимом амплуа: загнанный в тупик собственными же нелепыми ограничениями и удивляющийся, почему же так сложно принимать жизненные решения. «Ты никогда не изменишься, верно?» Лилиана так и не решила, забавляет это ее или вызывает отвращение. «Иногда — и то, и другое».

На площадь влетела соратами. Она была взволнована, глаза широко раскрыты. Казалось, она не замечала кольца защищающих от прислужников Эмракул зомби, но наверх, где был титан Эльдрази, все же кинула взгляд. Не сделать этого было невозможно. Соратами приземлилась рядом с Джейсом и заговорила — быстро, но слишком тихо, чтобы Лилиана что-нибудь расслышала. Вдруг она замолчала. Лилиана удивилась бы, если бы не провела столько времени с телепатом. «Должно быть, это та ученая из лунного народа, о которой говорил Джейс». Джейс и Тамиё придвинулись ближе друг к другу и продолжали свой безмолвный диалог, коснувшись разумами. Лилиана нахмурилась. «Еще один бесполезный маг разума. Только этого нам и не хватало».

Она хотела остаться с Джейсом наедине, чтобы выяснить, что они собираются делать. Ее зомби дали им временную передышку. Но им нужно было убираться отсюда — подальше от Трейбена, подальше от Иннистрада и подальше от Эмракул.

При мысли об этом имени Лилиана невольно подняла глаза наверх, к исполинскому силуэту, парящему близ Трейбена. «Почему она там зависла?» Воздух был тяжелым, застоявшимся. Зловонным, но это было не зловоние мертвецов. Лилиана ничего не имела против мертвых и их запаха. А в этой вони были нотки гнили, которые ей совсем не нравились.

Вдруг воздух изменился, как меняются запах и давление летним днем перед грозой. И с этим изменением Эмракул развернулась. Масса ее длинных, закрученных щупалец разрослась, они удлинялись и умножались, от сотен к тысячам, потом к десяткам тысяч и больше. От Эмракул разошлась невидимая сфера энергии. Дрожа, она разрасталась, пока не накрыла каждого из мироходцев.

От тошноты у Лилианы закрутило желудок, а головокружение лишило ясности мыслей. Лишь несколько раз в жизни ей доводилось испытать столь отвратительное сочетание слабости и отчаяния. Когда открылись мертвые глаза ее брата Джозу — угольно-черные, возвещающие беду. Когда она в первый раз увидела зловещий взгляд Боласа, посулившего ей спасение, и услышала его ядовитый, злой смех. Когда впервые потекла по ее жилам сила Кольчужной Завесы, и кожа потрескалась, словно сухая оболочка, выпуская кровь — ее кровь, стекающую на землю.

Но ни один из этих моментов не мог сравниться с тем ощущением неправильности, что она почувствовала рядом с Эмракул. Лилиана Весс всю свою жизнь стремилась прогнать смерть, и впервые за свое долгое существование спросила себя, не гналась ли за ложной целью. Когда расцвела Эмракул, смерть показалась лишь очередным лживым предрассудком, ложной надеждой, призванной отвлечь от ожидающего все живое истинного ужаса.

«Эмракул. Эмра-а-акул. Эмра-а-а-а...»

Лилиана затрясла головой, пытаясь собраться с мыслями. Она слишком долго прожила и слишком многое перетерпела, чтобы сдаваться. «Мы должны бежать из мира. Оставаться здесь — безумие». Это были не ее мысли. Человек-Ворон говорил в ее голове, и его голос звучал... испуганно. Лилиана довольно улыбнулась. «Значит, тебе бывает страшно». Вдруг ее зомби взвыли в унисон: «Сосуд разрушения. Корень зла. Беги!». Лилиана была поражена. Она привыкла к бессмысленны словам Завесы о сосудах и корнях, но — бежать?.. Кем бы ни была Эмракул, Кольчужной Завесе не хотелось иметь с ней дела.

Давление в воздухе росло, и у Лилианы так разболелась голова, что глаза наполнились слезами. Остальных мироходцев оно повалило на землю — всех кроме Джейса, наложившего в ответ какое-то заклинание. Лилиана склонила голову. Ее мучители множились в числе. Эмракул снаружи. Кольчужная Завеса внутри. Проклятый Человек-Ворон, кем бы он ни был. Но она не сдастся. «Это мои зомби, моя Завеса и моя голова. Моя!»

Она взглянула на Эмракул, и страх ушел, уступив место испепеляющей злобе. «Да как ты смеешь?..»

Эмракул снова выбросила волну энергии — полноценную бурю, по сравнению с которой прошлая была просто весенним дождиком. Лилиана упала на колени и закричала от ярости. Ее зомби тянули одно-единственное слово:

«Эм-ра-ку-у-ул».


Джейс

«Башня фиолетовой тени через мокрое от дождя стекло. Полосы огня с темной вершиной тяжело падают вниз. Эмракул смеется мыслями холодной металлической петлей».

Через беспорядочный бред прорезался голос, знакомый голос, который он слышал впервые. «Это добром не кончится. Я не поддамся. Я не настолько слаб». Джейс дышал медленно, ровно. Его мысли пришли в порядок. Он попробовал вспомнить вздор, крутившийся в голове лишь мгновение назад, но он уже пропал, словно роса жарким утром. Маг стоял у вершины длиной, массивной винтовой лестницы. Белые мраморные ступени обрамляла украшенная синяя кайма. Нигде не было видно источников света, но лестница была ярко освещена и уходила далеко вниз, теряясь из вида.

Вверх поднимались высокие стены грациозной каменной башни. Внизу она напоминала его собственное убежище на Равнике. Большой стол, на котором горой навалены книги, карты и какие-то... крутящиеся и жужжащие механизмы. Всюду, куда падал взгляд, стояли полные книг шкафы. Джейс жадно глядел на них. Нет, место не просто напоминало его жилье на Равнике, это и было его жилье на Равнике, только там в центре комнаты не было уходящей вниз лестницы.

И уж точно на Равнике не было чудовищной силы, разрушающей его убежище сверху.

Джейс видел, как высоко, в сотнях метров над головой, массивные камни кладки разваливаются в пыль или отрываются и улетают. Крыши у башни уже не было, и взору открывалось темное небо, затянутое зловещими фиолетовыми облаками. Наблюдая за разрушениями, Джейс вдруг понял, что фиолетовые облака были не облаками. Они были кем-то. Существом. Гигантское фиолетовое облако распалось на сотни извивающихся щупалец. Они тянулись к башне и били по камням под вспышки молний и оглушительные раскаты грома. У существа было имя...

Эмракул. Имя прозвучало странно, когда он произнес его. Он не должен был, не мог знать этого слова. Может быть, в одном слове крылось другое?.. Джейс остановился, раздосадованный тем, как легко теряет ход мысли. «Сосредоточься». Эмракул. Эта... штука. Эльдрази? Эльдрази. Разум Джейса пытался воспринять природу этого существа. Голова болела — тянущая, пульсирующая боль, которая росла с каждой мыслью о титане Эльдрази. «Значит, не будем о нем думать. Но где я? Что это за место?»

Вернулись новые воспоминания. Он был не в башне. Он был в Трейбене, окруженный бесчисленной ордой прислужников Эмракул. Они все были там. Гидеон. Тамиё. Нисса. Чандра. Лилиана. Эта появилась неожиданно — во главе армии зомби, чтобы спасти их всех от сектантов и безумных тварей, идущих за Эмракул. «Лилиана вернулась. Она...»

Снаружи пророкотал гром, и пол под ногами Джейса задрожал. Дрожь быстро закончилась, но еще долго отдавалась у мага в голове. Сверкали молнии, освещая щупальца Эмракул, отрывавшие все новые куски каменной кладки. Башня была высокой и прочной, но титан разбирал ее по камню.

Внизу, на лестнице, запульсировал мягкий белый свет. Он манил. В обычной ситуации Джейс не стал бы доверять манящему белому свету, зовущему из неизвестного места в другое неизвестное место. Но в обычной ситуации на него не нападали всемогущие титаны Эльдрази. В этом случае белый свет казался ему все более привлекательным.

Снаружи ярким фиолетовым светом вспыхнул взрыв, а за ним — оглушительный раскат грома. В башню попала молния, и вся постройка затряслась. Джейс свалился на пол от боли. Голова просто убивала его. «Что со мной случилось?» И тогда он услышал другой голос — его собственный, но исходящий откуда-то снаружи. Голос отдал приказ: «Иди. Немедленно. Спускайся вниз».

Джейс взглянул наверх, через развалины башни, на ненасытную фиолетовую утробу Эмракул, на ее бесконечные щупальца, что опутывали все новые и новые камни. Собрав силы, он поднялся с пола и, спотыкаясь, побрел к лестнице. Маг решил, что голос — «мой голос» — был прав. Пришло время уходить. Джейс спустился вниз башни.


Лилиана

Кровь Лилианы пылала, а разум разлетелся на части. Сейчас лишь одна сила помогала ей сохранить рассудок: ярость. «Это мои зомби. Мои! Ты их не получишь!» Не осознавая, что делает, она зачерпнула силу Кольчужной Завесы и направила ее навстречу мощи Эмракул. Лилиана ощущала губительное прикосновение Эльдрази — прикосновение столь мощное, что оно действовало и на мертвых. Но даже эта кошмарная сила не могла тягаться с мощью некромантии Лилианы, подкрепленной могуществом Кольчужной Завесы. Она почувствовала, как ее зомби возвращаются к ней.

Могущество, текущее по жилам, возбуждало. Каждое использование Завесы влекло за собой мучительную пытку, но на этот раз ярость каким-то образом смогла защитить ее от самых тяжелых последствий. «Может быть, в этом и есть ключ к Кольчужной Завесе? Просто я не хотела ее достаточно сильно?»

Она все еще слышала шепот зомби, а голос Завесы звучал прямо у нее в голове. «Сосуд разрушения. Корень зла». Но эти голоса были не единственными. Слова Человека-Ворона наводили на нее тоску. «Нам нужно уходить! Это безумие. Я думал, ты хочешь покорить смерть. Но сейчас ты столкнулась с сущностью, что старше самого времени. Она будет сильнее тебя, даже если ты найдешь сотню Кольчужных Завес! Мы уходим!» Человек-Ворон попытался превратить это в приказ. Но еще никогда он не казался Лилиане столь жалким и уязвимым.

Лилиана бросила взгляд на других мироходцев. Чандра, Тамиё и Гидеон неподвижно лежали на земле. Она потянулась к ним своей силой, но тела не ответили на зов некромантии — значит, они были живы. Ниссу приковало к месту, и она выкрикивала неясные, бессмысленные слова. Вокруг нее кружились потоки зеленой и фиолетовой энергии, сталкиваясь, накатываясь и отступая. Только Джейс стоял на ногах и был в сознании, но ее он, похоже, не замечал. Лилиана заметила вокруг него синее мерцание — полусвет, окутывающий всех пятерых мироходцев. Всех, кроме нее. «Это он не дает вам умереть?»

Полусвет не касался ее. Но ей не нужна была его защита. Лилиана знала, как велика его сила, подкрепленная мудростью и безжалостностью, накопленными за два века жизни. Но она знала и то, что вся эта сила неспособна защитить от натиска Эмракул на рассудок. Лилиана не устояла бы, если бы не могущество Кольчужной Завесы.

Могущество, которое превратилось для нее в удовольствие. Она засмеялась от радостного предвкушения. Это ощущение было так близко к тому почти что всемогуществу, что было у нее когда-то. «Я могу сделать что угодно». Но голоса Завесы шептали у нее в голове: «Сосуд. Сосуд разрушения. Мы должны бежать от Пожирательницы Миров. От Создательницы Миров. Сосуд!» Человек-Ворон задыхался от ужаса: «Послушай Завесу, идиотка! Беги!» Ее зомби. «Корень зла. Сосуд разрушения. Сосуд!»

Лилиана засмеялась, и в ее смехе была ярость и сила. «Я. НЕ. СОСУД!»

Она на полуслове оборвала голоса и Завесы, и Человека-Ворона. Они обрушились на нее с проклятьями, но были бессильны, и Лилиане не было дела до их ярости. «Важна только моя воля. Мои пожелания. Никто не встанет у меня на пути». Она коснулась Завесы, черпая столько энергии, сколько еще не осмеливалась никогда.

«Я не принадлежу тебе. Это ты принадлежишь мне».

Она собрала силу Завесы, подчиняя собственному могуществу и опыту. За биением этой силы она уже не чувствовала, как давит на ее разум Эмракул.

Тогда Лилиана повернулась к исполинскому титану Эльдрази. Он, словно поняв, как возросла ее сила, медленно двигался в ее направлении. «Похоже, все тебя боятся, Эмракул». Она вновь рассмеялась — хриплый смех, в котором слышалось наслаждение собственным могуществом. «Никто не думает, что я могу победить тебя. Что ж, давай посмотрим».


Джейс

Спускаясь, Джейс время от времени поднимал взгляд наверх, но уже в нескольких метрах над его головой тени сгущались, не позволяя ничего рассмотреть. «Похоже, эти ступени ведут только вниз». Он подумал, что его должен было насторожить призыв пойти по неизвестному коридору в глубины странной башни, особенно под звуки непрекращающегося грома наверху. Но маг был спокоен. «Внизу уж точно безопаснее, чем наверху».

Каменная стена рядом с ним замерцала. Он глядел, и камень превратился в стекло — или какой-то другой прозрачный материал. Вся стена, от пола до потолка, превратилась в прозрачное окно. Через окно была видна сцена, напоминающая искусно изготовленную диораму — вот только эта диорама двигалась.

Центральной фигурой на сцене был Гидеон. Он стоял в защитной стойке, а над ним возвышалось какое-то небесное существо. В прямом смысле небесное — исполин, казалось, был соткан из ночного звездного неба. У него было синее, нечеловеческое лицо, а голову венчали два массивных черных рога. В руке у существа был невероятно огромный кнут с человеческим черепом на рукояти. Гидеон выглядел вполне по-гидеонски: квадратная челюсть, золотой сурал и сияющие доспехи. Но выражение его лица совсем не подходило тому Гидеону, которого знал Джейс. Воитель выглядел взволнованным, даже испуганным. На его лице был гнев... но был и страх. «Любопытно».

Рядом с Гидеоном стояли остальные Стражи. Чандра с пылающими руками и головой. Нисса. Даже Джейс. «Я вроде как повыше?»

Небожитель широко раскинул руки, отводя в сторону кнут. Он говорил низким, раскатистым голосом, который словно вырывался из бездны земли.

— И чего же ты желаешь больше всего, Китеон Иора? Чего ты хочешь на самом деле?

— Нет! — закричал Гидеон. Его лицо исказила гримаса непокорности и боли. — Тебе нечего предложить мне, Эреб! Нечего! Все твои дары — это яд.

Исполин — Эреб — поднял кнут.

— Это не предложение, смертный. Ответь мне, чего ты желаешь больше всего, или я убью твоих друзей, одного за одним.

Гидеон опустил плечи и убрал сурал в ножны. Он взглянул на Эреба со смешанным выражением злобы и отчаяния.

— Больше всего я желаю... — он замолчал, потом глубоко вздохнул. — Больше всего я желаю защищать других, спасти их...

— Ты лжешь! — кнут Эреба метнулся вперед, ударил стоящего рядом с Гидеоном Джейса, и тот распался в прах.

«Мне совсем не нравится смотреть, как я умираю». Гидеон закричал и рванулся вперед, выхватив сверкающий сурал, но Эреб даже не двинулся с места. Он поднял руку, и Гидеон отлетел назад.

— Ты не можешь победить меня, смертный. Никогда не мог. И никогда не сможешь. Скажи мне правду, и я сохраню остальным жизнь.

Снаружи ударил гром — «Эмракул, это Эмракул» — и Джейс не расслышал ответа Гидеона. Но Эребу этот ответ не понравился. Снова ударил кнут, на этот раз обратив в прах Ниссу. Гидеон вздрогнул, когда та опала на землю, но на этот раз не атаковал. Чандра просто стояла, опустив пылающие руки, и не пыталась ничего сделать. «Очевидно, что это не реальность. Но что это — мысли Гидеона?»

Голос Гидеона дрожал от гнева.

— Я хочу победить тебя, уничтожить, разорвать на куски, чтобы ты больше не мог...

— Нет. Ты снова лжешь, — в отличие от Гидеона, голос Эреба был спокойным, как кладбище.

Новый удар кнута, и исчезла Чандра.

— Ты в самом деле должен все потерять, чтобы признать истину, смертный? Для чего все это упрямство? Ты словно стремишься испытать побольше боли, — кнут Эреба плясал в руке хозяина. — Чего ты хочешь?

Гидеон поднял голову к небесам и закричал: «Я хочу...», но прежде чем он успел закончить фразу, окно потемнело.

Джейс стоял, пораженный тем, что увидел. «Кто такой Эреб? Почему Гидеон так страдает?» Джейс даже не подозревал, какая боль кроется в душе друга. «Получается, что я ничего не знаю ни о Гидеоне, ни о том, что здесь происходит. Это грезы? Я в голове у Гидеона? Эмракул наверху кажется вполне реальной».

Темнота придвинулась ближе к Джейсу. «Нужно идти дальше. Ответы кроются внизу». Он успел пройти лишь несколько шагов, и новая стена стала прозрачной. На этот раз в сцене была показана Тамиё.

Она, сгорбившись, сидела на небольшой рабочей скамеечке, развернув на пыльном столе большой свиток. Всю сцену освещала только одна свеча, от которой, для ее размеров, исходило просто невероятное количество света. За Тамиё виднелись забитые книгами шкафы, а рядом с ними, на полу, книги возвышались стопками. Джейс почувствовал укол ностальгии. «Вокруг — только книги, и сколько угодно времени на чтение». Он давно лишился такого образа жизни и вряд ли сможет вернуться к нему.

Из одного из глаз Тамиё потекла кровь. Сначала это были редкие капли, разбивающиеся об стол — кап! Она не перестала читать, и кровь потекла из второго глаза. Теперь капли падали одна за другой. Кап-кап. Кап-кап. Кап-кап.

Джейс с ужасом смотрел, как появляется сетчатая плоть, как она разрастается и полностью закрывает глаза соратами. «Метка Эмракул». За последние несколько дней маг был сыт этой отметиной Эмракул по горло. Кровь капала через сетку. Кап-кап. Кап-кап. Кап-кап.

Сетка разрасталась повсюду. Ее нити полезли из пальцев, и вскоре все ладони словно покрылись паутиной. Нити поползли к столешнице и вросли в нее, привязывая руки Тамиё к столу. Теперь она не могла ни видеть, ни шевелить руками. А кровь все капала и капала из глаз. Кап-кап. Кап-кап. Кап-кап.

Потеряв зрение и руки, Тамиё что-то зашептала, но никаких слов не было слышно. Нити плоти начали закрывать ей рот, накрепко сшивая губы сеткой Эмракул. Наконец, рот был зашит, но сетка все разрасталась, извиваясь и змеясь. Нити далеко вытянулись из сомкнутых губ, и теперь, когда кровь капала из глаз, они ловили эти капли, извивались и дергались, впитывая кровь маслянистой кожей. Капля, подергивание. Капля, подергивание. Капля, подергивание.

Тамиё не двигалась, ее глаза, губы и руки застыли. Джейс сливался с Тамиё сознаниями, он знал ее сущность лучше, чем кто-то еще. «Ее способность видеть, говорить и писать — это и есть ее магия, ее общение с миром. Это то, что определяет ее. А сейчас ее стирают». Джейс закричал и заколотил кулаком в стекло, но на это никак не отреагировала ни Тамиё, ни что-либо еще в комнате. Окно вновь превратилось в непрозрачный камень.

Джейс осел на пол. «Что это за место? Это не может быть разумом моих друзей. Или может?» Тень была совсем близко. Он устал, он так сильно устал. Медленно поднявшись на ноги, маг продолжил спускаться.


Лилиана

«Такая сила... Это настоящее откровение».

Понадобилась одна лишь воля Лилианы. Ее желание. Столько времени она считала себя прагматичной и преданной делу. Не умереть. Убить мучивших ее демонов. Но теперь она понимала, что не хотела сделать последний шаг, пересечь последнюю черту.

«Я сдерживалась. Какая глупость!»

Над ней нависала Эмракул. Титан Эльдрази. Сущность, что старше самого времени, если голоса в голове не обманули ее. «Я думаю, что ты — живое существо. Очень могущественное, но живое. А если ты живешь, то можешь умереть. А если ты умрешь... — она улыбнулась — то ты моя.

Сила Завесы извивалась и билась в руках Лилианы. Эта сила рвалась уничтожать, убивать. «Могущество следует использовать». Лилиана собрала силу, придала ей форму и выпустила очередь из сияющих зарядов энергии некромантии по колоссальной фигуре Эмракул с такой мощью, что титана отбросило назад.

В голове Лилианы зазвучала песня, заглушающая все остальные звуки. Это была чарующая песня могущества. «Вот для этого я родилась. Вот мое предназначение». Каждый попавший в Эмракул заряд оставлял зияющие дыры, окруженные мертвой тканью. Гигантские щупальца размером с башни иссыхали и съеживались. Какая-то часть тканей восстанавливалась, но недостаточно, чтобы закрыть раны до попадания нового заряда. Впервые с момента своего расцвета Эмракул уменьшалась. Она пятилась назад. Лилиана побеждала.

Голос Человека-Ворона прервал ее ликование, словно ведро ледяной воды.

«Ты не понимаешь, что творишь, на что ты осмелилась. Ты не сможешь долго удерживать такую мощь».

Презрение Лилианы пронизывало каждое слово ее ответа.

«Не пытайся ограничивать меня своими ожиданиями, человечишка. Сегодня я уничтожу титана Эльдрази. Почему? Потому что посмела».

Она жалела лишь о том, что Стражи без сознания и не увидят момент ее триумфа. «Вот так вот выглядит могущество, вы, жалкие подобия мироходцев». Она запустила в Эмракул еще несколько зарядов, усиливая натиск.


Джейс

Джейс не удивился, когда вскоре появилось новое окно. На этот раз героиней была Чандра. По крайней мере, он предположил, что это Чандра. Она была еще совсем девочкой, но по рыжей шевелюре и чертам лица в ней угадывалась та женщина, которой она станет. Чандру окружал грозно выглядящий отряд стражников в цветастой, украшенной форме. Джейс не знал этого места. «Ее дом». Стражники подняли пики, а Чандра всхлипывала, из последних сил стараясь не потерять лицо и не расплакаться.

Один из стражников, тощий и долговязый, выступил вперед. Он широко улыбался, но его слова были исполнены жестокости:

— Мы убили твоего папочку, отступница. Убили мамашу. А теперь убьем и тебя.

Джейс подозревал, что всего этого не было, что это — лишь кошмар в голове Чандры, но все равно у него сжались кулаки. «Никто не должен испытывать такую боль. Стражники пошли вперед, выставив пики.

— И знаешь, что самое лучшее? — ехидно поинтересовался предводитель. — Ты совершенно ничего не можешь поделать.

Чандра перестала плакать и уставилась на мучителей. Из ее глаз стрельнули крошечные язычки пламени.

— Ошибаешься, — сказала она, и ее голос был совсем не детским. — Кое-что я могу сделать.

Ее тело менялось, росло, на глазах превращалось в ту Чандру, что знал Джейс.

— Кое-что я могу сделать всегда. Я могу гореть.

Огонь вырвался у нее из головы и ладоней.

Чандра улыбалась. Стражники неуверенно попятились назад. Она шагнула вперед, наступая.

— И могу сжечь тебя.

Предводитель вспыхнул и истошно завопил от боли.

— Могу сжечь всех вас.

Теперь горели все стражники. Их кожа пузырилась и лопалась, дикие крики заглушали рев пламени.

— Я могу сжечь весь мир.

Жар, свет и огонь устремились вперед ослепительным белым потоком, окутывая и сжигая все на своем пути — все, даже саму Чандру. Чандра кричала, и Джейс не понимал, был ли это крик боли или радости.

Окно превратилось в камень, но Джейс до сих пор чувствовал исходящий от стены жар. Он вспомнил один из главных законов иллюзий. «То, что это в твоей голове, не значит, что это не может убить тебя».

Гидеон, Тамиё, Чандра... но пока не Лилиана. Маг устремился вниз по лестнице, с нетерпением ожидая нового окна. Но когда он увидел фигуру за стеной, у него опустились плечи. «Ах да, Нисса». Джейс постарался не расстраиваться, но ему порой было сложно понять мироходца-эльфийку.

Фон за спиной Ниссы выглядел неотличимо от внешнего мира: темные фиолетовые тучи, вспышки молний, тень Эмракул в ночном небе, Лилиана со своими зомби. Нисса стояла в центре. Ей было больно. Она кричала. Она корчилась от мучений. Дергалась, сгибалась, тряслась... но это были не все ее недуги. Что-то... копошилось... на ее руках.

Джейс придвинулся ближе и разглядел на пальцах Ниссы другие, тоненькие пальцы, — десяток таких рос из каждого из нормальных. А на этих росли новые, толщиной не больше волоска. Он поежился, но когда увидел глаза эльфийки, то не смог сдержать крика. Из каждой глазницы росло несколько небольших глаз на стебельках, и от каждого стебелька отходило еще несколько совсем маленьких. Всполохи зеленой энергии вырывались из глаз и рук, но к зеленому примешивался темный, насыщенный фиолетовый.

«Эмракул — это Эмракул — это Эмракул, навеки».

Джейс не знал, откуда к нему пришла эта мысль, но она казалось истинной, хоть и звучала бессмысленно. «Навеки, навсегда, на века и эры...»

— Негглиш фтоники аб'ахор! — прокричала Нисса. Джейс не знал, бредни это, или просто слова на незнакомом ему языке. Когда Нисса говорила, язык вывалился у нее изо рта, а голову сотрясали спазмы. «Что это такое у нее на языке? О, нет. Нет, нет, нет. С меня довольно замеченных деталей. Более, чем довольно».

Нисса продолжала выкрикивать бессвязные слова, но среди них теперь начали встречаться и осмысленные.

— Шигг эпси всё чут'гх кончается! Глима всё четс умирает!

Спазмы прекратились, голос обрел силу и мощь. Теперь вся исходящая от нее энергия была насыщенно-фиолетовой, без следа зеленого. Она подняла голову, простерла руки к небу и закричала.

Рост! Рост — это ответ! Единственный ответ! Энтропия не проигрывает. Но победит ли? Конечно, нужны жертвы. Почему же они противятся? Вечность без жертв — это кричащее оцепенение. Кровь нужно замешать, замешать крепко. Почему они боятся жизни? Почему они боятся истины?

Джейс понимал каждое слово, но не мог понять, что хочет сказать Нисса. Он знал, что это бесполезно, но все равно потянулся к ней разумом.

«Нисса, помоги мне. Помоги мне понять. Что ты говоришь?»

Нисса повернулась и через окно посмотрела Джейсу прямо в глаза. «Она видит меня», — с ужасом подумал маг, замерев на месте. Он не мог двигаться, не мог отвести взгляда. Ее глаза пылали фиолетовым. Нисса заговорила, обращаясь к нему.

— Я могу сделать все, что захочу. Все, что угодно. Запомни это. Тебя спасает только одно: то... — фиолетовое сияние погасло, и сполохи энергии вокруг эльфийки утихли, — ...что я ничего не хочу.

Несколько долгих секунд она смотрела на него своими чудовищными копошащимися в глазницах глазами. Словно сжалившись над Джейсом, окно превратилось в камень.

Джейс стоял перед стеной, не в силах сдвинуться с места. Он дрожал, и капли пота стекали с волос по лицу и загривку. Тень сверху все приближалась. «Сколько я уже провел на этой лестнице? Что случилось с моими друзьями?» Его все еще манил находящийся внизу яркий свет, звал, тянул к себе. Но Джейсу не хотелось двигаться с места. Не хотелось делать ничего. «Спать. Я мог бы поспать. Может быть, я не проснусь, но разве это плохо?» Его глаза закрылись, и голову охватило приятное бездумье. Он сел на ступени. «Как я устал».

Погружаясь в сон, Джейс вспомнил Лилиану. Он не знал, где она, не знал, что с ней происходит. «Ее здесь нет. Ее нет в этом месте». Но если посмотреть в лицо правде, он никогда не был ей нужен. «Грустно. Некоторое время. А потом забуду». Так сказала она тогда, в своем доме, когда говорила, что он может умереть, как умерла его собака. «Собака! Неужели моя жизнь для нее значила не больше, чем жизнь собаки? Не может быть. Собака...» От этой мысли ему было тоскливо.

«Сон... Как в такой момент я вообще могу думать о сне?.. Что со мной творится?» Он не понимал, было это настоящее утомление, или же эффект чего-то более зловещего. «Какая разница. Решение одно и то же». Он встал. «Идти вниз. Во всем разобраться. Не умереть. Победить Эмракул». Спускаясь, он думал о Лилиане.


Лилиана

Первым признаком неприятностей стало то, что она сбилась с темпа. Лилиана впервые овладела такой мощью, и ей удавалось выпускать новые и новые заряды в Эмракул с каждым вздохом. Вдох, заряд, вдох, заряд.

Но там, где не подвело ее могущество, подвело тело. Она задержалась лишь на секунду, глубоко вздохнула, и в этот момент Эмракул бросилась вперед. Ее тело и конечности росли с непостижимой скоростью. Несколько толстых щупалец ударили по Лилиане, но увяли и высохли, встретившись с ее магией. Однако за ними тут же последовали новые. Раньше каждый заряд Лилианы отбрасывал Эмракул назад, теперь же она с трудом могла устоять на земле, не отступая.

«Ты смертная. У тебя есть предел возможностей. У нее — нет, — колючий шепот Человека-Ворона резанул ее разум. — Взгляни на эту траву и землю, идиотка. Они станут твоей могилой.

Она закричала от гнева и обрушила на титана новые заряды. Столкнувшись с этой яростной мощью, Эмракул остановилась. Но спустя лишь несколько секунд напор иссяк. Лилиана задыхалась от усталости, а титан вновь надвигался на нее.

«Я сегодня не умру, — прорычала она, обращаясь к Человеку-Ворону, к Завесе, ко всем, кто мог слышать ее. К самой себе. Щупальца Эмракул неумолимо продвигались вперед. — Я сегодня не умру.

«Если тебе повезет, Лилиана, то смерть окажется для тебя сегодня наилучшим исходом. Ты погубила нас обоих».

Человек-Ворон говорил спокойно, без ненависти и страха. Казалось, что он... смирился. В первый раз после встречи со Стражами Лилиана испугалась.

 


Джейс

Джейс ожидал, что очередная стена станет прозрачной и покажет ему сцену из разума Лилианы. Но чего он не ожидал, так это того, что лестница закончится дверью.

Это была прочная дубовая дверь, укрепленная железными полосами. В ней не было ни глазка, ни замочной скважины. Просто дерево и железо в проеме из такого же камня, что и стены лестницы. Джейс положил на дверь ладонь. «Нет, нет, нет, нет, нет», — закричал чей-то голос, и ощущение чистого ужаса поглотило Джейса. Но голос стих, и ужас отступил. Джейс посмотрел наверх. Тень больше не двигалась на него, но и не отступала, закрывая ступени, по которым он спускался. Чтобы идти дальше, нужно было пройти через дверь. Он толкнул дверь вперед и ступил через порог.

В комнате не было ни цвета, ни форм. Его разум отчаянно пытался воспринять пространство, но его лишь охватило головокружение. Джейс почувствовал, как зовет его вечность, бесконечное возвращение в петлю ужаса, никогда не познать покоя забвения и лишь и лишь и лишь... ...и вдруг реальность вернулась на место. Окружавшее его ничто превратилось в белое поле.

Перед ним была ангел.

Она приближалась, и Джейс видел, как обретает форму окружающее их двоих пространство. Они оказались в реальном месте, в комнате — копии того убежища, откуда началось его безумное путешествие. Его убежища. Ангел была высокой, выше, чем все те крылатые существа, что он встречал раньше. Даже выше, чем Авацина. У нее были громадные, плотные крылья. Они были сложены за спиной, напоминая шляпку у гриба...

Сердце Джейса бешено забилось, и его пробил холодный пот. «Нет, о нет, нет, нет...»

Ее лицо скрывал глубокий капюшон, зато хорошо видны были два меча, что она держала в каждой руке. Нижняя кромка ее одеяния разделялась на ленты — десятки, сотни лент, которые, казалось, множились, пока Джейс смотрел на них. Они змеились и извивались. Словно заметив Джейса, ленты ожили и потянулись к нему, изучая воздух. «Если я закричу, то не знаю, смогу ли остановиться. Так что лучше не кричать. Может, заплакать? Я не против заплакать, если это поможет».

Джейс засмеялся от переполняющих его чувств — удивления и страха. «Хорошо, что я еще способен смеяться над собой». Смех снял оцепенение, и мага осенило. «Я знаю этого ангела. Я ее уже видел». Вернее, видел ее статуи — давно, еще на Зендикаре. «Эмерия?» — прохрипел он, не узнав звук собственного голоса.

Она взглянула на него, но лица было не видно под капюшоном. Джейс внимательно наблюдал за лентами и мечами, но похоже было, что ангел не собирается нападать. Уверенность мага росла.

— Ты... ты Эмерия? Ты — Эмракул?

— Можно присесть? — женский голос был легким, почти воздушным. В других обстоятельствах Джейс мог бы сравнить его с музыкальной трелью. «В других — но не в этих». Из-за капюшона Джейс не видел, движутся ли ее губы, но голос звучал почти нормально. Почти.

Джейс был так увлечен анализом голоса, что лишь через секунду понял, что она сказала.

— Ты спрашиваешь меня?

Сегодня Джейсу встретилось столько сюрпризов, что вежливый вопрос вряд ли стал бы самым неожиданным из них. «Но в первой пятерке — вполне».

— Ведь это твой дом, — она помедлила, — Джейс. Джейс Белерен.

«Белерен» у нее получилось произнести по слогам.

«Мне сейчас очень страшно. И очень любопытно. Что за странное сочетание...»

— Я здесь гостья. Поэтому — можно? — она стояла, ожидая ответа.

«Насколько еще нереальнее может стать этот день?» Он был уверен, что на самом деле не хочет узнать ответ на этот вопрос. «Помни самое важное: не умереть. Во всем разобраться. Победить Эмракул». Его мантра. Он прибавил к ней еще одно предложение: «Пригласить Эмракул на чашку чая». Джейс улыбнулся, улыбка осветила его лицо.

— Конечно, прошу тебя. Прошу, садись.

Джейс беззаботно махнул в сторону большого каменного стола, и Эмерия — «Нет, я не знаю, кто это такая, и не надо делать вид, что знаю» — ангел села.

Мечи она убрала в ножны за спиной. Когда ее руки вновь оказались над столешницей, в них был большой свиток, скованный железными кольцами. «Я уже видел такой свиток. Но где?»

— Ты не возражаешь, если я поработаю, пока мы говорим?

Таким голосом маг гильдии Азориусов мог бы уточнить тонкости протокола.

«Прими эту сюрреальность. Не противься ей. Посмотрим, к чему это приведет».

— Конечно, не стесняйся. Я вовсе не хочу отвлекать тебя от работы.

Она кивнула и развернула свиток. По затылку Джейса пробежали мурашки. «Где же я видел этот свиток?..» Но ему никак не удавалось вспомнить. В руке ангела появилось длинное стило, и она начала что-то писать в свитке.

Джейс откашлялся.

— Что ж, раз уж мы с тобой, хм-м... знаешь ли, разговариваем... Кто ты? Что это за место? И что происходит?

Джейс не мог рисковать и надеяться получить ответы из единственного источника. Он не мог подавить свой обычный порыв прочитать мысли — «не знать — гораздо хуже безумия» — но... не нашел ничего. Ничего, за что мог бы зацепиться. «Когда тайны остаются тайнами, это совсем не так интересно». Придется действовать по-простому, как это делает весь остальной мир. Словами. Беседой с титаном Эльдрази.

— Все кончается. Все умирает. Целостность всегда остается в прошлом. Время течет лишь в одну сторону.

Слова звучали эхом безумных речей Ниссы за стеной, но и в устах ангела они ничуть не стали понятнее. Она писала, не поднимая головы, и странные речи звучали из-под плотного капюшона.

— Ты — Эмракул? — Джейс не знал, чем он рисковал, но ему было все равно. «Осторожность — для тех, кто выигрывает». — Что тебе нужно?

Она отложила стило, перечитывая написанное.

— Все не так. Я незакончена, неполна, несовершенна. Должны быть цветы, а не пустое отторжение. Почва не готова. Мое время не пришло. Пока не пришло.

От того, как она сказала «пока», Джейса пробила дрожь. Зачеркнув большой фрагмент текста, она продолжила писать.

— Довольно! — закричал Джейс. — Ты здесь не просто так! Ты много раз могла прикончить меня мечами или щупальцами, но не сделала этого. Ты сидишь здесь и бормочешь какие-то бредни... но почему? Я не понимаю, что ты говоришь и чего ты хочешь. Помоги мне. Пожалуйста.

Маг говорил и чувствовал, как стихает его гнев, и его заменяет нечто куда как более полезное. Концентрация. Туман развеялся, и лишь когда он отступил, стало ясно, как много скрывалось за ним.

— Ты играешь в шахматы? — спросила она таким тоном, будто все слова Джейса были такой же чушью, как ее речи.

Джейс снова хотел закричать, но решил, что от этого не будет толку. Потому что он играл в шахматы. И весьма неплохо.

— Да, играю.

— Сыграешь со мной партию? — она закончила писать и свернула свиток.

— Не знаю, есть ли у меня время...

— Если выиграешь, все закончится. Я отвечу на любые твои вопросы, — она убрала свиток в чехол на спине.

Джейс подозревал, что это ловушка, но он правда хорошо играл в шахматы.

— А если выиграешь ты?

— Я уже выигрываю, Джейс Белерен. Давай начнем партию.

— Гм-м... есть одно затруднение, — Джейс осмотрелся. В его настоящем жилище на Равнике была шахматная доска, изящная вещица, которую ему подарили Боросы, но в этом странном помещении такой доски не было. — Похоже... хм-м... у меня нету...

Ангел повела рукой, и на столе, там где был список, появилась доска. И она, и фигуры с мельчайшими деталями были выполнены из прочного камня. Джейс удивленно поднял бровь, но если ангел и заметила это, то не подала виду. «Что ж, если она ограничится созданием шахматных досок, то все будет нормально».

— Начнем? — она жестом пригласила Джейса за стол. Себе она выбрала черные фигуры, так что маг сделал первый ход. «Какое великодушие...»

— Тебе придется ходить быстрее, Джейс. Время кончается.

«Быстрее?» Он делал ходы почти мгновенно. Ангел оказалась не слишком грозным соперником, и Джейс уже видел возможность мата в шесть или семь ходов.

— Нам сложно общаться, — заметила его противница. — Я не могу с тобой разговаривать. На самом деле, я даже не знаю, что ты существуешь. Но твой мозг, он отлично... приспосабливается.

Она зевнула фигуру. Мат в пять ходов. Джейс, уверенный в победе, сделал паузу. То, что она сказала, можно было использовать.

— В таком случае, что все это такое? — он обвел рукой, указывая на комнату. — И кто ты такая? Как мой приспособившийся мозг все это породил?

— Ты знаешь ответы лучше меня, — она неуверенно коснулась фигуры. — По крайней мере, часть тебя их знает. Как твоя головная боль?

«Откуда она знает про головную боль?» На самом деле, сейчас боль лишь слегка отдавалась в голове — это было заметно, но думать не мешало.

— Она... все нормально. Так ты не Эмерия? А ты вообще настоящая?

— Мне придумали личность много лет назад. С непостижимой силой не договориться. Закон мироздания не распространяется набегающими волнами. Если вы избираете короткий путь и пытаетесь поймать то, что не можете постичь или даже понять, то кто я такая, чтобы противиться? Никто. Ты. Возможно.

Головная боль нарастала. Джейс и... ангел, кем бы она ни была, обменялись еще несколькими ходами. До мата оставался всего лишь ход. Чем больше Джейс обдумывал сказанное, тем больше смысла находил в словах. Это была не Эмерия. Не была Эмракул. Это его разум пытался обработать то давление или эманации, что воспринимал исходящими от титана Эльдрази. Джейсу пришлось придать им личность, чтобы хоть как-то разобраться. Но поверить в эту личность означало открыть дорогу смерти. Или чему-то похуже. Его вновь накрыл приступ головокружения. «Навеки, навсегда, на века и эры... эры... эмери... эмра...»

Довольно. Джейс взял ферзя и поставил на нужное поле.

— Шах и мат.

Маг улыбнулся. Он не был уверен, к чему приведет победа в партии, но как же приятно было победить — победить хоть в чем-то. Ангел замерла, взглянула на доску.

— Да будет так.

Двумя руками взявшись за капюшон, она откинула его назад. Джейс невольно отпрянул, уверенный, что не хочет знать, как она выглядит... но она выглядела вполне нормально. Как ангел. Как статуя, что он видел на Зендикаре. Он медленно и глубоко вдохнул, потом выдохнул.

Одна из пешек за его ферзем начала дрожать и раскачиваться. У нее вдруг появились руки и крошечный каменный меч, и этим мечом она ударила ферзя в спину. Фигура закричала, хлынула кровь. Ферзь рухнул на доску, дергаясь в конвульсиях. Умирая.

На доске разразился хаос. Все новые фигуры Джейса менялись. Мутировали. Они безжалостно нападали друг на друга и убивали, пока немногие уцелевшие фигуры не развернулись, обратив взор на другую сторону доски. У каждой в руках было окровавленное оружие. Фигуры медленно надвигались на короля, в котором теперь легко угадывались черты самого Джейса.

Джейс пораженно глядел на происходящее.

— Что?! Но... как... это... это нечестно! Это жульничество! Так делать нельзя! Это мои фигуры!

Лицо ангела начало плавиться, куски плоти падали на пол, и ее крылья, мечи, ленты и все остальное исчезли в клубах фиолетового дыма. Но голос остался.

— Все фигуры — мои, Джейс Белерен. И всегда были. Просто я больше не хочу играть.

Снаружи раздался мощный взрыв, а за ним — скрежет камня о камень. Крышу комнаты сорвало, и Джейс увидел уже знакомое зрелище: похожая на исполинский гриб Эмракул, в сверкании молний крушащая стены своими бесчисленными щупальцами.

Голос вновь зазвучал, легкий и воздушный, словно ветерок.

— Она идет, Джейс. Я иду. Шевелись. Ищи ответы. Но поскорее. Время течет лишь в одну сторону — и голод тоже.

В дальней стене комнаты появилась украшенная дверь, за которой ярко сиял синий свет. Джейс бросил последний взгляд на Эмракул в небе и бежал.


Лилиана

Лилиана из последних сил старалась остаться в живых.

До этого часть могущества она направляла, чтобы смягчить последствия использования Кольчужной Завесы. Сделать так, чтобы кожа не трескалась, не сочилась кровью. Полностью овладев мощью Кольчужной Завесы, Лилиана решила, что разгадала секрет ее использования.

Она ошибалась.

Однако как бы ни была сильна боль от разорванной кожи и истекающих кровью сосудов, это было лучше, чем гибель под натиском Эмракул. Лилиана все еще черпала невероятное количество энергии, но теперь вся она была направлена только на одно. Остаться в живых еще хоть секунду.

Но ее секунды истекали. Эмракул пробивалась через ее магию, и тогда Лилиана бросила в бой зомби. Они кусали, хватали и били щупальца, словно блохи, сражающиеся с бурей, — и с тем же эффектом. Эмракул убивала их сотнями, а еще сотни рассыпались сами, когда Лилиана невольно использовала оживлявшую их магию, чтобы продержаться еще мгновение.

Если что-то и утешало ее перед неминуемым поражением, так это тишина в ее голове. Она не слышала ни голоса Человека-Ворона, ни речитативов и шепота Завесы. Ей было больно, текла кровь, и она отчаянно сражалась за жизнь, но ее разум принадлежал только ей самой. В этом было бы утешение — если бы она искала его.

Большое щупальце, с нее саму толщиной, прорвалось через преграды и обвилось вокруг ее талии. Она закричала от ярости и обрушила на него заряд энергии. Высохшая плоть рассыпалась в прах. Лилиана согнулась и закашлялась кровью, а к ней уже ползли новые щупальца.

Она умрет здесь.

Она посмотрела на других мироходцев. Редеющее кольцо ее зомби все еще защищало участок площади, где лежали их тела. Нисса больше не кричала — как и остальные, она потеряла сознание. Один лишь Джейс стоял на ногах, и синее сияние защищало его от... от чего-то. Он не шевелился и не произнес ни слова.

— Джейс!

Ее крик остался без ответа. Он его даже не услышал.

— Джейс, подонок! Сделай что-нибудь полезное!

Это было все, на что у нее хватило времени под натиском Эмракул. Каждое мгновение имело значение. Это стало ее мантрой. Еще одно мгновение. Еще одно мгновение. Еще одно...


Джейс

Джейс вбежал через раскрывшуюся дверь, надеясь найти убежище от Эмракул.

Он оказался в небольшой темной комнате, копии его самого сокровенного убежища на Равнике. В этой комнате перед ним стоял он сам.

После всего того безумия, что испытал Джейс в башне, встреча с самим собой казалась достаточно терпимым испытанием.

— Похоже, будет весело.

Но его двойник не улыбался и не сдвинулся с места.

— Итак, ты добрался. Самое время. Но я не уверен, что ты — это я, — двойник на мгновение задумался. — Разгадай мою загадку.

— Что? Хватит с меня загадок. Мне нужны ответы. Что за...

— Сначала — загадка, — повторил двойник.

— Это что, шутка? Я не собираюсь стоять тут и отвечать на вопросы то ли упрямой копии себя самого, то ли какого-то злодея-самозванца, впустую тратящего мое время! — свою гневную тираду Джейс закончил злобным выкриком.

Двойник стоял с паршивой ухмылкой на лице, приподняв одну бровь.

«Я что, правда такой мерзкий? Да, я такой мерзкий. Придется над этим поработать.

— Это раздражает только тогда, когда ты знаешь, что я прав. Я должен убедиться, что ты — это я.

Джейс задумался, останутся ли необратимые последствия, если врезать самому себе по роже. «Вероятно, да».

— А откуда мне знать, что ты — это я?

Не самый лучший ответ, но сейчас это было все, на что он способен. На него и так навалилось слишком многое.

— Потому что у меня есть ответы. Ты просто тратишь время — время, которого у нас и так нет.

Двойник нетерпеливо постучал ногой по полу — отлично знакомый Джейсу жест. «Даже не знаю, как мне теперь общаться с людьми. Я слишком раздражающий, чтобы быть со мной рядом.

Джейс опустил плечи и махнул рукой.

— Ладно, спрашивай.

— Что размером со сливу бывает, но если закрыть — весь мир пропадает?

Вот это твоя загадка? Твоя система безопасности, чтобы проверить, что я — это ты? Ты точно самозванец, потому что я отказываюсь верить, что я настолько глуп.

— Ты так и не ответил на вопрос. И если не ответишь, то мы закончим разговор.

Глаза двойника засияли синим, и Джейс со злобным удовлетворением отметил, что выглядит это довольно устрашающе. «Хорошо, что я еще могу кого-то устрашать».

— Пф. Я думал, что я смогу придумать для себя что-то посложнее. Глаза. Ответ — глаза, — Джейс посмотрел на двойника, а потом несколько раз демонстративно моргнул для наглядности. — Я вижу весь мир. А теперь не вижу. Вижу. Не вижу. Но какой может быть толк от этой загадки?

Двойник расслабился, и заклинание, которое он приготовил, рассеялось в воздухе.

И тогда Джейс понял. Целью двойника не было проверить, сможет ли он ответить на загадку. Его целью было увидеть, насколько презрительно и недоверчиво Джейс отнесется к такому простому вопросу. Он кивнул. «Ладно, это в самом деле я». Он знал, что двойник сейчас думает то же самое.

— Ну хорошо. Я — это я. То есть, я... в общем, мы — одно целое. Наверное. Ты обещал мне ответы, — Джейс потянулся, чтобы заглянуть в разум двойника, но ничего не произошло.

— Здесь это не работает. Здесь мы разговариваем, — очередная коварная ухмылка.

— Ладно, — изо всех сил постарался не стиснуть зубы Джейс. — Говори. Сейчас же.

Двойник на мгновение задумался.

— Я до сих пор не знаю, что именно не знаешь ты. Задавай вопросы.

— Где мы находимся? — Джейс не был уверен, что это самый важный из вопросов, но он бродил по этой проклятой башне уже больше часа, и ему здорово хотелось узнать, что это за место.

— Серьезно? Ты этого еще не понял?

«Ненавижу снисходительность». Гнева Джейса не уменьшал тот факт, что эта снисходительность шла от него самого. И вдруг, в этой вспышке гнева, он все понял. Джейс вспомнил.

Эмракул поднимается, раскрывается, расцветает. Зомби Лилианы обеспечили им короткую передышку от атак прислужников титана, но никто из них не был готов к восхождению самой Эмракул. Физические изменения бросались в глаза, но опаснее всего была ее атака на разум. Давление, боль... никогда в жизни ему не было так больно. Прием Тамиё с колокольчиком был бесполезен. Не было времени планировать, не было времени размышлять.

Заклинание он наложил инстинктивно. Он давным-давно приготовил его, чтобы защитить свой разум от неминуемого распада.

«Я не в башне. Я и есть башня». Все стало на свои места. Сцены с его друзьями, диалог с Эмерией, даже этот разговор — все это происходило в его разуме, питаемое силой заклинания. «Добро пожаловать в Джейса, друзья. Надеюсь, вам понравится ваш визит». Хотя это вряд ли, судя по сценам из разума его товарищей. Но единственной альтернативой было вечное забытье — или кое что похуже... на века и эры... эры... эмери...

Он затряс головой, прогоняя монотонные мысли, и заметил, что его двойник делает то же самое. Давление Эмракул росло. Джейс взглянул наверх и увидел, что потолок комнаты дрожит. «Она атакует. Она наступает».

— А ты? Я?

— Иннистрад был странным местом. Опасным местом. С самого появления я знал, что здесь что-то не так. Так что установил кое-какие... предохранители, приготовившись к худшему. Головоломки в головоломках, тени в тенях. Эмракул — самое страшное, с чем мне — нам — пришлось столкнуться. Но на такой случай у меня был план, отделяющий меня от меня. Чтобы разобраться, что происходит, и выяснить, как это остановить. Как все исправить. Ты знаешь.

И теперь он знал.

Маг был настоящим мастером работы с собственной личностью. И сейчас он поежился, задаваясь вопросом, который из них был настоящим Джейсом. Лучшим Джейсом. «Ерунда. Конечно же, это я».

— Полегче, — улыбнулся двойник. — Не забегай вперед. В этой комнате ты не самый умный, есть и поумнее.

— Хватит, — разум Джейса разогнался до привычной и комфортной скорости. — План. Надеюсь, я создал тебя не задавать мне идиотские загадки. Мы пока не знаем, как победить Эмракул.

— Поговори с Тамиё. Когда напала Эмракул, она как раз начинала рассказывать кое-что интересное.

— И это твоя помощь? Поговорить с Тамиё?

— Нет, моя помощь — это дать нам всем возможность нормально общаться, когда на нас обрушился физический эквивалент совместного отряда Ракдосов и Голгари, помноженного на бесконечность. Это, на самом деле, нетривиальная задача.

— О. Что ж, тогда спасибо мне. Хорошая работа.

— Все здорово потрепаны. Но мы, хотя бы, сможем связно мыслить. Там... не слишком комфортно. И есть еще одна проблема.

— Какая?.. — и ответ всплыл в его голове, еще когда он спрашивал. Два Джейса слились, став единым целым. Прозвучали слова, но эти слова говорил каждый из них одновременно.

— Лилиана умирает.

Джейс снял заклинание. Башня растворилась, уступив место реальности.


Джейс

Он вернулся в разразившийся хаос. Лилиана лежала на земле без сознания, и из множества ран на ее теле текла кровь. Над ними парила полностью развернувшаяся Эмракул. В середине ее тела горел яркий лавандовый свет — око бури. Широко раскинувшиеся толстые щупальца крушили останки Трейбена.

От армии зомби Лилианы, что видел Джейс, до того как наложил заклинание, осталась лишь небольшая горстка. Пораженные безумием Эмракул люди и звери начали собираться в толпу, угрожая прорвать оцепление. Отражение ментальной атаки Эмракул не поможет, если ее прислужники разорвут мироходцев на части.

Товарищи Джейса пришли в себя через секунды после него самого. Шатаясь, не понимая, что случилось, они поднялись на ноги. Джейс сконцентрировался на их разумах, счищая паутину атаки Эмракул.

— Чандра, Гидеон. Помогите зомби Лилианы. Нельзя, чтобы слуги Эмракул прорвали строй.

Гидеон начал двигаться первым — сказались привычки солдата. Образ кнута Эреба всплыл в памяти Джейса, но он прогнал его, тряхнув головой.

Чандра медлила.

— Наверное, я могу... я могу попробовать сжечь ее. Я справлюсь.

Ее нерешительность ушла, уступив место врожденной уверенности в себе. Джейс нашел это одновременно привлекательным и загадочным. «Она не изображает уверенность. Уверенность сама приходит к ней. Удивительно», — подумал он про себя. Но предложение ему не понравилось. Сжечь Эмракул... это казалось неправильным, невозможным. Однако как он мог быть уверен, что это не сам титан Эльдрази насылает ему такие мысли, играет с ним... со всеми ними? Эмракул была в его разуме. Он чувствовал ее мощь.

Защитное заклинание связывало их разумы, и Джейс передал свои размышления всей группе.

— Нет, Чандра. Эмракул слишком велика. Слишком могущественна. Так нам не победить ее. Я даже не уверен, что ее можно уничтожить.

— Джейс прав. Пытаться сжечь ее — все равно что бросать факелы в океан. Так не получится. Даже если были бы доступны все лучи маны. Она слишком... огромная. — голос Ниссы звучал странно, отстраненно. Она плела из лиан, побегов и листьев целебные повязки, накладывая их на раны Лилианы и поддерживая в ней жизнь. — Эмракул была рядом, когда я пробудилась. Когда зажглась моя искра. Наверное, это правильно, что она будет рядом, когда я погибну.

— Ого. Похоже, тебя не очень-то часто приглашают на праздники, — насмешливый тон Чандры плохо сочетался с ее словами. — Хватит говорить о том, как кто погибнет. Давайте обсудим, как нам победить. Я лично собираюсь жечь всякое.

Направившись к оцеплению из зомби, Чандра обрушила пламя на безумных сектантов, отбросив тех назад.

— Джейс. Ты помнишь, что говорила Авацина? — голос Тамиё, легкий ветерок на залитом солнцем побережье.

В его голове всплыли последние слова безумного ангела своему создателю: «Что не может быть уничтожено, будет заковано».

— Джейс, это и есть ответ. Вот что мы должны сделать. Уничтожить Эмракул мы не сможем. Мы должны ее пленить.

Тамиё говорила чистым, настойчивым голосом. На Зендикаре у Стражей был выбор — и они выбрали уничтожение. Но на Иннистраде выбора не было. Эмракул была им не по силам. Уничтожение ждало их самих — и все живое на Иннистраде.

— Но как? Пленить ее кажется не проще, чем уничтожить. Какая тюрьма сможет ее удержать?

— Та же тюрьма, что сотни лет удерживала все ужасы Иннистрада.

— Хелволт? — Джейс был удивлен. — Но он же разрушен.

— Нет, не Хелволт, — ответила Тамиё. — То, откуда Хелволт взялся. Луна. Серебряная луна. У меня есть приковывающее заклинание. Могучее. Я могу привязать его к луне. Но его нужно будет набросить на Эмракул...

Джейс напряженно думал. У них могло получиться! Маг был уверен, что сможет поймать Эмракул в заклинание Тамиё. Но им понадобится огромная энергия, чтобы напитать заклинание.

— Нисса?..

Нисса молча вливала ману в повязки Лилианы. Та дышала ровно, хоть и не приходила в сознание. Джейс был благодарен эльфийке, но сейчас ему нужно было от нее больше. Гораздо больше.

— Ты сможешь зарядить заклинание?

Голос Ниссы был холодным и безмятежным.

— Нет. Здесь слишком мало лучей, к которым я могу прикоснуться. К которым я хочу прикасаться.

Джейс молчал, не зная, что сказать ей и как помочь.

— Но я перед тобой в долгу Джейс Белерен. Я попробую.

— В долгу — передо мной?

— Мой разум был чужим. Ее восхождение повергло меня во тьму. Она покорила меня — легко и просто. Это было... неприятно. Но ты спас меня от этого кошмара. У тебя есть дар — делать сложные вещи простыми. Я сделаю, что смогу.

Джейс фыркнул.

— Эм-м, спасибо... на самом деле это был не я... то есть, я наложил заклинание, но не думал, что так получится, и, наверное, только сделал хуже, потому что я не...

— Мне хватило бы просто «спасибо», Джейс. У тебя есть и дар делать простые вещи сложными. Я готова.

Джейс не знал, как на это ответить, поэтому не ответил ничего.

— А ты готова, Тамиё?

Тамиё вытащила свиток. Новое воспоминание вспыхнуло в голове Джейса. Ангел вытащила длинный свиток, скованный железными обручами. Он видел его, когда в собственном разуме разговаривал с Эмерией. Но на том свитке, что выбрала Тамиё, железных обручей не было.

Впрочем, у Джейса не было времени думать об этом. Пространство вокруг стремительно уменьшалось. Гидеон и Чандра сдерживали прислужников Эмракул, но они не могли одновременно находиться во всех местах, и строй зомби вот-вот готов был прорваться. Пришло время действовать.

— Я готова, — подтвердила Тамиё.

Она начала читать свиток. Джейс не мог сосредоточиться на словах — он был слишком занят тем, что набрасывал заклинание Тамиё на Эмракул, используя знания, полученные от Уджина и от собственных манипуляций с эдрами на Зендикаре. На луне вспыхнул знак. Точеные линии ярко сияли на ее серебряном диске. Джейсу нужно было связать этот знак с Эмракул, с самим присутствием Эмракул.

Но заклинанию требовалась сила. Потоки, каскады силы. Нисса тянулась к земле, и ее глаза полыхали зеленым светом. Она вытягивала зараженные остатки маны Иннистрада, превращая их во что-то пригодное для Джейса. Маг чувствовал, как эльфийка досуха вычерпывает линии маны, не оставляя ни капли энергии. Но этого было недостаточно. И не будет достаточно. Нисса повалилась на землю, раскинув руки.

Они потеряют заклинание.

Джейс из последних сил удерживал его. Ментальная связь с Тамиё прервалась. Соратами все еще была у него в разуме, но превратилось в темное облако, в серый туман, непроницаемый для Джейса. Она вытащила новый свиток, длинный свиток, скованный железными обручами, и начала читать второе заклинание.

Сила хлынула в Джейса. Его захлестнула река маны — больше магии, больше энергии, чем он ощущал когда-либо. Это было потрясающее чувство. Джейс вобрал магию, придал ей форму и связал вершины знака с тут же созданными узлами на Эмракул. Наконец, он высвободил всю силу заклинания.

Из луны вырвался столб света.

Холодный серебряный луч ударил в Эмракул сверху.

Он окутал титана, охватил его, и существо растянулось. Вдоль луча света, до самой луны.

Такое искажение физически не было возможным. Но на глазах у Джейса тело титана Эльдрази тянулось к свету луны, становясь все длиннее и длиннее, а потом...

...схлопнулось.

Эмракул сложилась, съежилась. Ее смяло, как залитый водой тонкий лист пергамента. Сплющило до ничтожных размеров, казавшихся невозможными для исполинского титана Эльдрази. Бывших невозможными.

Свет погас. Эмракул исчезла. Они победили.

На серебряном диске луны сиял треугольный узор знака. Режущий. Клеймящий. Запечатывающий.

Несколько долгих секунд они слышали только шелест сухих листьев на ветру. Потом Тамиё упала на колени, и ее шумно вырвало.


Лилиана

Она была жива.

Лилиана торжествовала. У нее не раз были поводы для ликования. В тот день, когда она вернула молодость. Когда убила демонов Котофеда и Гризельбранда, услышала их предсмертные вопли. Каждый раз это напоминало ей жульничество — самое лучшее жульничество, когда удается не только избежать расплаты, но и победить.

Но на этот раз все было еще лучше. Может быть, потому что она была уверена, что умрет. Может быть, потому что она безрассудно атаковала Эмракул, ведомая гордостью и жаждой власти, но если бы она этого не сделала, все они были бы мертвы. Может быть, потому что Эмракул больше не было. Ее порча, ее привкус покинули Иннистрад, и без нее все казалось гораздо лучше.

Одна мысль об Эмракул вызывала у нее дрожь. Лилиана была на волоске от смерти. Или чего-то похуже. Она взглянула на луну. «Ты останешься гнить там вечно. Будешь знать, как связываться с Лилианой Весс».

Мироходцы вновь собрались вместе на исходе очень долгого дня. После победы над Эмракул нужно было затушить пожары, закрыть мертвые глаза, утешить страдающих, вылечить раненых... или окончить мучения тех, кто пострадал слишком сильно. Но Лилиане было не до этого. Каждый раз после использования Завесы на пределе возможностей она чувствовала пустоту, словно какая-то часть ее пропала. Это случалось столько раз, что она уже не знала, чего именно не хватает.

Кроме того, это не имело значения. Лилиана надолго перевыполнила свою норму добрых дел. «Вы все были бы мертвы, если бы не я. Вам еще повезло, что я не требую платы за спасение этого мира». Впрочем, плату она потребует — но не сейчас и не с обитателей Иннистрада.

Ее всегда удивляло, на что были готовы пойти люди ради воображаемых обязательств и верности. Взять, например, Стражей. Никто из них ничего не был друг другу должен. Абсолютно ничего. И тем не менее, вот они: сражаются друг за друга, готовы умереть друг за друга. Лилиане были привычны такие отношения, она даже зависела от них... но это были отношения между ней и ее зомби. Это был надежный результат действия ее силы. Но Иннистрад выявил недостатки такого подхода. Из зомби получались великолепные слуги, но некоторые задачи оказывались им не по зубам. А сражаться в одиночку было замечательно... пока вдруг не обернулось катастрофой. Пока она не столкнулась с тем, к чему не была готова, и никого не было рядом, чтобы спасти от безвременной гибели.

Не так давно она раздумывала над тем, чтобы воспользоваться чувствами, которые питал к ней Джейс. Раньше питал, если рассуждать здраво. «Он всего лишь мальчишка. Мальчишка — и я должна была это учитывать». Даже учитывая недавний триумф, на Джейса можно было положиться лишь в одном: в том, что на него нельзя было положиться. «Что ты делал со своим заклинанием, пока я сохраняла тебе жизнь? Пытался задумать Эмракул до смерти?» Лилиана признавала, что задуманное Джейсом сработало, но это не слишком улучшило ее мнение о маге. «Мальчишка. Давно надо было с тобой порвать».

Но сейчас перед ней открылась возможность, значительно превосходящая ограничения Джейса. Она встретила группу. Группу друзей. Сегодняшний день стал для нее откровением, показавшим, на что способны друзья. Если их правильно использовать, то друзья были как зомби, только лучше. Они спасали тебе жизнь, потому что хотели, а не потому что должны были.

Чего она могла бы добиться с такими могущественными друзьями? Что могла бы захватить, что заполучить? От этих мыслей на лице Лилианы заиграла улыбка. Да, они не станут подчиняться ее прямым приказам, но разве это имело значение? Джейс по сравнению с ней был всего лишь ребенком. Они все были детьми. Ни у кого из них не было за спиной многовекового опыта. Никто не прикасался к такому могуществу, каким владела она, — ни теперь, ни раньше, — и ни у кого не было ее безжалостности и целенаправленности.

Лилиана не знала, куда подевался Человек-Ворон. Его следов не было ни в ее голове, ни снаружи. Кольчужная Завеса вела себя смирно. Сегодня Лилиана получила исключительно болезненный урок, показавший, насколько это ненадежное оружие. «Но когда у меня будет своя собственная Стража, чтобы лечить после каждого использования...» Впрочем, об этом пока рано было думать. Но ей понравилось, как это звучит. «Моя собственная Стража».

Гидеон насел на Тамиё и что-то пытался ей втолковать. Ученая из лунного народа выглядела так, будто ее тошнит, и Лилиана не могла ее винить. На Гидеона было приятно посмотреть, но умом его превосходили даже некоторые зомби. Сейчас он говорил что-то о Страже, о том, что они только начали свои добрые дела, и не хочет ли Тамиё делать добрые дела с ними вместе? Та отрицательно помотала головой. Ее испуганные глаза были широко раскрыты. Эта волшебница разума тоже оказалась слишком хрупкой. Бесполезная, как и Джейс.

Джейс глядел на нее, и в его глазах до сих пор было это щенячье выражение. «Да определись ты уже, мальчик!» Лилиана подавила раздражение. Ей сейчас нужен был он и его щенячьи повадки.

— Гидеон! — голос Джейса прозвучал тонко, но убедительно. Они тихо говорили друг с другом, и Лилиана следила, чтобы на ее лице не проявилась улыбка. «Давай, Мальчик в Плаще. Ты будешь мямлить, запинаться, но ты так искренне желаешь мне помочь, что уговоришь его». Было видно, что Гидеон этому не рад. Хотя Лилиана была не уверена, что он хоть чему-то бывает рад. «Тебе надо наслаждаться своей юностью и привлекательностью, пока они у тебя есть. Ну почему дети такие глупые?»

В конце концов красавчик подошел к ней. Он начал и ей рассказывать что-то о добрых делах, но Лилиана слушала его вполуха, размышляя над своей клятвой. Ее слова надо было тщательно продумать. Нарочито искренняя или слишком слащавая речь вызвала бы подозрения — а это усложнило бы задачу в будущем. Слишком много цинизма или откровенности — и все подозрения мигом подтвердятся. Нужен был осторожный подход: самая капелька цинизма, но очевидно благие намерения.

Когда Гидеон предложил ей произнести слова, она была готова.

— Я вижу, что вместе мы могущественнее, чем поодиночке. Если так я смогу исполнить, что должна, не полагаясь на Кольчужную Завесу, то я буду нести стражу. Довольны?

Она произносила клятву с намеком на улыбку — но лишь с намеком. К тому же ее удовольствие было неподдельным. Самая лучшая ложь всегда содержит толику правды. Так в нее легче поверить.

Итак, она присоединилась к Стражам. Будущее в ее голове было светлым и полным возможностей.


Джейс

Джейс выбился из сил. Это был самый длинный день в его жизни, и теперь он просто хотел спать — погрузиться в сон без снов и каких-либо мыслей.

Но сначала надо было кое с кем поговорить.

Он нашел ее на самой окраине Трейбена, среди развалин маленькой церквушки. Во всем городе уцелело лишь несколько зданий, и эта церковь не вошла в их число.

Она просто сидела, скрестив ноги и закрыв глаза. Джейсу было неловко прерывать ее в столь интимный момент. Но он должен был знать.

— Тамиё... Ты... я могу?.. — Джейс не знал, как задать этот вопрос. Тамиё открыла глаза, и на ее лице все еще было выражение болезненного ужаса, не сходившее с тех пор, как они закончили заклинание.

— Что случилось, Тамиё? Ты была рядом, мы слились сознаниями, а потом... тебя не стало. Ты пропала. Что с тобой случилось?

Не меняя позы, Тамиё заплакала. Слезы капали из ее глаз, одна за другой. Кап-кап — разбивались они о каменные обломки.

С трудом, запинаясь, она начала говорить.

— Нисса упала. Заклинание вот-вот разрушилось бы. Я не знала, что делать, как помочь.

Джейс удивился.

— Так это Нисса дала мне силу? Это впечатляет. Я думал, что это ты и твой второй свиток.

Тамиё взглянула на него со смесью печали и насмешки.

— Нет. Ты не понимаешь. Это была я. И второй свиток. Он дал тебе энергию.

— Но это же замечательно! Ты спасла нас! Спасла весь Иннистрад... и вообще все! Ты расстраиваешься, потому что это был свиток в железе? Тот, что ты не хотела открывать?

— Да помолчи ты, Джейс! Замолчи и дослушай. Это была не я. Это... она... она захватила меня. Понимаешь? Это была не я! Я была там, я в своем собственном теле беспомощно глядела, как она меня захватила. Мои глаза, мои руки, мой голос — все это стало ее. Они перестали меня слушаться!

Тамиё тихо всхлипывала.

Джейс вспомнил, что сказала ангел, когда его шахматные фигуры начали резать и убивать друг друга. — Все фигуры — мои, Джейс Белерен. И всегда были. Просто я больше не хочу играть.

— Я... извини, Тамиё. Я не знаю...

— Но это было не самое плохое. Свиток, который я раскрыла... Второй свиток. Ты прав. Я не должна была открывать его. Это обещание я дала давным-давно, и когда-нибудь мне придется ответить за то, что я его нарушила. Но заклинание, которое она прочитала... это было не то заклинание, что хранил свиток. В ее руках заклинание стало иным!

Эмерия. В руке ангела появилось длинное стило, и она начала что-то писать в свитке. Джейс задрожал.

— Заклинание изменилось! Как она это сделала? Как она могла это сделать?

Судя по голосу, Тамиё была на грани паники.

— Чудовищная тварь захватила мое тело и прочитала свиток, несущий гибель всему живому в этом мире... но вместо этого заклинание дало тебе силы, чтобы ты пленил ее на луне. Как это случилось, Джейс? Почему это случилось? Что мы натворили?

Я... я не знаю, — Джейс не знал, что еще сказать ей. Ей — или себе.

Тамиё глубоко вдохнула.

— Я уже говорила тебе, Джейс. Рано или поздно всякая история заканчивается. Каждый из нас старается продлить свою историю, невзирая на цену. Но что, если все эти истории — всего лишь ее история? Что, если мы сыграли свою роль в чудовищной пьесе, и кульминация — еще впереди?

Тамиё посмотрела на луну.

— Мы в самом деле победили? — голос Тамиё был уже не испуганным, а печальным.

Джейс не знал, что ответить. Через некоторое время Тамиё взлетела и растворилась в темном небе. Они ничего не сказали друг другу на прощание.

Джейс еще долго не поднимался с места. Он смотрел на луну, на ее светлый серебряный диск с ярко сверкающим знаком — свидетельством свершений Стражи. В глубинах этой луны скрывалось самая могущественная и разрушительная сила, с которой им пришлось столкнуться. Слова ангела ранили его, словно кинжалы несбывшегося грядущего. «Все не так. Я незакончена, неполна, несовершенна. Должны быть цветы, а не пустое отторжение. Почва не готова. Мое время не пришло. Пока не пришло».

По спине мага бежали мурашки. «Мое время не пришло. Пока не пришло». Джейс отвел глаза от луны и отправился на поиски безопасного места, чтобы забыться сном.


Сюжет выпуска «Луна Кошмаров»
Сюжет выпуска «Тени над Иннистрадом»
Описание planeswalker-а: Джейс Белерен
Описание planeswalker-а: Чандра Налаар
Описание planeswalker-а: Гидеон Джура
Описание planeswalker-а: Нисса Ревейн
Описание planeswalker-а: Лилиана Весс
Описание planeswalker-а: Тамиё
Описание мира: Иннистрад

Latest Magic Story Articles

Magic Story

8 Октябрь 2020

Эпизод 5: Две стражницы by, A. T. Greenblatt

Нисса приготовилась сразиться с теми, кого она когда-то считала союзниками, и вдруг подумала: а не совершила ли она огромную ошибку, оставив Зендикар? Джейс и Нахири стояли перед ней, тя...

Learn More

MAGIC STORY

30 Сентябрь 2020

Голод by, Brandon O'Brien

Окраины Свободного города Ниманы тонули в угольно-черной ночи. В этой недружелюбной тьме по направлению к лагерям пробирался мужчина в темно-серой накидке, стараясь закутаться в одеяние к...

Learn More

Статьи

Статьи

Magic Story Archive

Хотите узнать больше? Исследуйте архив и погрузитесь в тысячи статей по Magic ваших любимых авторов.

See All