Становление Джейса: рассеянные мысли

Posted in Magic Story on 19 Июль 2016

By Kelly Digges

Врин

Перед последним лестничным пролетом Джейс сделал передышку.

Его семья жила почти на самом верху магического кольца — Схождения Силмота, как называли его местные. В этих квартирках селились самые бедные из манадобытчиков. Можно было заплатить, чтобы подняться наверх в шаткой клети лифта, или каждый раз проходить двадцать три лестничных пролета. Денег было мало, так что Джейс поднимался по лестнице.

Двадцать два пролета уже было позади. Оставался всего один.

Иллюстрация: Чейз Стоун

Понимая, что он уже совсем близко, Джейс замялся. Как только он войдет в дверь, начнутся неприятности... хоть он до сих пор не считал, что был хоть в чем-то неправ.

«Тупоумный кретин».

Толкнув его в спину, мимо прошел здоровяк-сосед.

Джейс в принципе был согласен с такой характеристикой по отношению к невеже.

«Терпеть не могу этого щенка Белеренов...»

Наконец Джейс поднялся на свой этаж. Вдохнув поглубже, он переступил через порог.

Дом.

Конечно же, его отец уже сидел за обеденным столом, нахмурив брови. Гэв Белерен, неопрятный и лысеющий, взглянул на сына, и в его взгляде не было ничего, кроме усталости.

«Хотел бы я нормального сына».

Мысли отца приняли знакомое направление.

— Пришло послание из школы.

Джейс не удивился тому, что новости его опередили. Иллюзиям не надо подниматься по лестницам, а сам он не то чтобы спешил. Отец жестом велел ему сесть.

— Не желаешь рассказать, что случилось?

Джейс сел. Пожав плечами, он уставился на стол.

— Ты же не хочешь, чтобы тебя исключили? Образование — это твой билет отсюда в лучшую жизнь.

«Лучшую жизнь, чем у меня». Этим всегда все заканчивалось.

— Я знаю, — сказал Джейс.

«А по тебе и не скажешь».

— Ты действительно это сделал, или нет? Я хочу, чтобы ты сам мне это сказал.

Джейс продолжал смотреть в стол.

Он сдавал экзамен по мана-динамике, и ему попались вопросы, на которые он не знал ответов. Джейс учил предмет и думал, что готов к экзамену, но глядя на лист с вопросами, решил, что ошибался. А потом ответы... просто пришли к нему в голову. Он знал все нужные формулы. Расписал решения. Он ответил идеально — и понимал это сам.

Вот только он с самого начала был прав. Джейс действительно был готов к экзамену, но вопросы были с подвохом. Студенты не должны были знать на них ответы. Они должны были подобраться к ответам как можно ближе, показав, сколько они знают — и Джейс знал слишком много.

— Не знаю, — ответил он отцу.

— Ты не знаешь? Это еще что значит? Ты списывал или нет?

— Нет, — ответил Джейс. — Я... просто знал ответы.

— Мне сказали, что ты решил уравнение давления маны в шести узлах в уме. Если это правда, тебе не учиться надо, а управлять командой регуляторов.

Джейс снова пожал плечами: — Может, и надо.

Это было слишком. Отец с силой ударил кулаком по столу.

— Марш в свою комнату! Поговорим, когда мать вернется.

Джейс встал и пошел к двери.

— Ты куда это собрался?

«Ну почему с тобой всегда так сложно?»

— Погулять, — ответил Джейс. Прежде чем отец успел остановить его, мальчик захлопнул за собой дверь.

На этот раз по лестнице он бежал. Вверх, к вершине кольца, выше даже наблюдательной станции, расталкивая толпу. Громкие угрюмые мысли людей перемешивались с его собственными. Джейс взобрался по небольшой лесенке к служебному люку, про который обычные жители кольца не должны были даже знать, и вылез на крышу громадного строения, служившего ему домом.


 

Иллюстрация: Джейми Джонс

Джейс стоял на изогнутых ржавых пластинах внешней обшивки кольца, в сотнях метров над долиной. Ветер трепал его плащ, и он натянул шарф вверх, закрывая лицо. Здесь, вдали от населенных областей кольца, он мог спокойно подумать. До него доносились лишь отдаленные отголоски чужих мыслей, и он не слышал ничего, кроме завываний ветра.

Над ним возвышалось направляющее кольцо — метров пятнадцать в диаметре, но по сравнению с большим кольцом миниатюрное. Джейс осторожно прошел по изогнутым пластинам обшивки и сел на краю с наветренной стороны. Начала кружиться голова. Джейсу нравилось это чувство: про него он точно мог сказать, что оно — его собственное. Случалось, что люди падали с кольца, но обычно их успевали поймать. Обычно.

Ряд магических колец по плавной кривой уходил вдаль. Через три кольца он сливался с другим таким же рядом в один канал. Схождение Силмота. Близлежащие кольца тоже стали так называть. За Схождением кривая продолжалась, пересекая серебристую ленту Воробьиной реки. Но в кольцах были совсем другие течения.

Где-то за спиной Джейса стояли громадные добывающие ману фабрики, направляющие энергию в сеть колец. А впереди, далеко за горизонтом, располагалось Ядро. Именно там был центр сети колец, и мана со всего континента стекалась в хранилища элиты волшебников — если, конечно, ее не перехватывали сепаратисты. Теоретически работники колец работали на Ампринскую лигу, но на деле не интересовались тем, кто принимает энергетический поток. Пока мана текла, их никто не беспокоил.

Направляющее кольцо над головой начало потрескивать и искриться энергией — сперва изредка, потом все чаще и чаще.. Джейсу повезло. Он улыбнулся и залез в торбу. Понимая, что сегодня его оставят без ужина, он еще днем прихватил пирожков с мясом. Пир и представление.

Сквозь вой ветра послышался перезвон колоколов далеко внизу. Начиналось. Мальчик откусил кусок остывшего пирога. Неплохо!

Он еще жевал, когда направляющее кольцо — из-за размеров более чувствительное, чем основное, — среагировало на импульс маны. Вторая смена работников кольца внизу принялась за дело. На наблюдательной станции контролеры измеряли мощность поступающего потока и направляли магов на различные посты по окружности кольца для стабилизации течения маны.


 

Иллюстрация: Чон Пак

Координаторы наблюдательной станции сейчас наверняка яростно решали уравнения давления маны. На кольце было двенадцать контрольных узлов, на каждом работало по полдюжины магов, а у каждого импульса было свое давление, ротор и параметры внутренней динамики. Даже со справочными таблицами расчеты были куда сложнее, чем задачи на его экзамене, и все же контролеры с ними справлялись.

Джейс откусил еще кусок пирога. А если бы ему велели решить такое уравнение? Появились бы в его голове ответы? Он размышлял, не прекращая жевать. Возможно. Вероятно. Скорее всего.

За мгновение воздух внизу заполнился мерцающей сине-белой энергией. Поток маны завернул в центр кольца. Маги направили энергию в мановые узлы, чтобы поддерживать постоянное давление.

Это было невероятное зрелище. Настоящий шедевр.

Кольцо стонало и трещало, фиксируя поток. Необузданная энергия маны привязалась к его физической структуре.

«А вот и урод».

Эта резкая мысль стала для Джейса единственным предупреждением.

Он вскочил на ноги, развернулся, но было поздно. Трое его одноклассников стояли между ним и служебным люком.


 

Иллюстрация: Киран Йеннер

— Привет, Белерен, — сказал самый крупный из троицы. Его громкий голос заглушал даже шум ветра. Звали его Тук, ему было четырнадцать лет, и он был силен, как портовый грузчик. Тук был на год старше и на голову выше Джейса.

С ним были прыщавый парень по имени Кейден, на фоне которого Тук казался настоящим гением, и Джиллет, злобная девица, которая разрывалась между Кейденом и Туком, чего не замечал ни один из них. Как-то раз в начальной школе она так толкнула Джейса с лестницы, что тот пролетел целый этаж.

— Я как раз уходил, — сказал Джейс, пытаясь пройти между Туком и Джилл.

Девочка отпихнула его назад.

— Не будь невежливым, — усмехнулся Тук. — Мы вместе с тобой хотели полюбоваться видом.

— Мне пора домой, — возразил Джейс. Он попытался обойти всю троицу, но Тук проворно схватил его за плечо своей мясистой рукой.

— Давай поболтаем, — сказал он. — Инструктор говорит, что ты обманщик, но это же не так, верно?

Джейс хотел скинуть руку Тука, но не посмел дотрагиваться до здоровяка.

— Ты еще хуже, чем обманщик, — продолжал тот. — Ты урод.

Тук сильнее сжал руку, и кости Джейса затрещали.

— Выскочка, всезнайка и урод.

Тук не ослаблял хватку. Джейс смотрел под ноги, не в силах пошевелиться.

— Ладно, — проговорил он. — Как скажешь.

— Скажи это вслух, — приказал Тук. Он ухмылялся.

— Я урод, — прошептал Джейс.

Тук подтянул его к себе.

— Извини, не расслышал, — сказал он. Кейден, а ты что-нибудь слышал?

— Не-а, ничего, — протянул Кейден.

— Я урод, — повторил Джейс, на этот раз громче.

— Вот видите, мальчики? — сказала Джилл. — Я вам говорила, что урод знает, что он урод.

— Ну, — спросил Тук, — и что мы будем делать с уродом?

Он сильно ударил Джейса в живот. Тот упал на четвереньки... и заглянул в темные, извилистые коридоры разума Тука.

— Это, наверное, было очень страшно, — проговорил Джейс, обращаясь к ржавой обшивке.

— Что ты сказал? — Тук поднял мальчика за шиворот и поставил на ноги.

— Я сказал, что это, наверное, было очень страшно.

Тук перестал ухмыляться: — Что было страшно?

— Ждать, когда он вернется домой, — сказал Джейс.

— Кто? — заинтересовалась Джилл.

— Знать, что он напился, — продолжал Джейс. — Знать, что он снова тебя побьет.

— Заткнись! — прорычал Тук. Он схватил Джейса за горло.

— Ты притворялся спящим, — прохрипел Джейс. — Ты прятал в кровати свой маленький ножик. И каждый раз...

— Заткнись! — снова заорал Тук. Он сдавил Джейсу горло еще сильнее.

— Каждый раз... ты обещал себе... что дашь отпор... — взгляд Джейса начал затуманиваться. Перед глазами все плыло.

— Тук, — обеспокоенно спросил Кейден.

— Но так и не дал, — прошептал Джейс.

«Заткнись!» Тук отбросил Джейса, и тот заскользил по гладким, холодным плитам обшивки к краю кольца.

Мальчик пытался ухватиться за обшивку, чтобы остановиться, но не мог ни за что уцепиться. Он перекатился чрез край, но успел одной рукой удержаться за него и повиснуть. Под ногами был только воздух, а пальцы тут же онемели.

Выл ветер.

Внизу гудел поток маны. Джейс не знал, что случится, если он упадет вниз. Энергия, собранная с громадных территорий и переданная одним лучом... скорее всего, он просто испарится.

Пальцы задрожали.

Он схватился за край второй рукой, но тот выдавался вперед. В одиночку на него было не забраться. Нужна была помощь.

Вдруг сверху над ним нависло лицо Тука, перекошенное от ярости и боли.

— Никто об этом не знает, — прошипел он. — Никто! Со дня смерти ублюдка.

— Тук, он же свалится, — предупредил Кейден.

Руку Джейса свело судорогой. Его хватка слабела.

— Ты хочешь, чтобы он и у тебя в голове покопался? Чтобы рассказал Джилли, что ты болтаешь за ее спиной?

— Что-что? — вскинулась Джилл.

Заткнись, Тук! — отрезал Кейден.

— Вот теперь ты знаешь, каково мне. — Тук повернулся к Джейсу. Его глаза бешено блестели. — Больше никогда, Белерен.

Он занес ногу в ботинке.

«Помоги мне».

Джейс больше не смотрел на мир своими глазами. Он глядел на Тука... и на себя самого. Он попал в разум Кейдена.

Рука Кейдена задвигалась. Ей двигал Джейс. Он не знал, что случилось, почему, и что сейчас творилось с Кейденом. Впрочем, ему не было до этого дела.


 

Иллюстрация: Киран Йеннер

Получив контроль над телом Кейдена, Джейс схватил Тука за плечо и отбросил от края, а потом протянул сам себе руку.

Каким маленьким он казался, болтаясь над трещащим потоком маны. Каким уязвимым! Ему очень не понравилось это зрелище.

Вернувшись в свою голову, Джейс схватил руку Кейдена и вскарабкался наверх.

На трясущихся ногах он поднялся, радуясь прочности обшивки. Он еще не до конца осознал, что выжил. Мальчик взглянул на одноклассников.

Кейден стоял, шатаясь, и в его глазах светилась синяя энергия. Тук был красный от злости. Джилл смотрела на все это, широко распахнув глаза.

Сияние угасло. Закатив глаза, Кейден с глухим стуком повалился на обшивку.

Джейс пробежал мимо пораженных Джилл и Тука, мимо пустоты разума Кейдена, вниз по лестнице — и прочь, куда угодно, только прочь отсюда.


Джейс принял решение.

Все его пожитки были собраны в небольшой рюкзак, стоящий рядом с ним на кровати. Пожитков было мало — немного одежды, дневник, запас сушеного мяса. Теперь оставалось дождаться наступления ночи.

Вдруг в дверь постучали.

Вот уже полтора дня как он выходил из комнаты только при крайней необходимости. Мать время от времени оставляла под дверью еду, но у нее хватало порядочности не разговаривать с ним. Отец поначалу пытался, но вскоре его это утомило.

— Уходи, — сказал Джейс. — Я все еще не намерен об этом говорить.

В своей комнате он почти что мог забыть об остальном мире. Он натыкался на грани чужого разума — родителей, соседей, пролетавшего по своим делам мага ветра, — но на таком расстоянии это были скорее мимолетные ощущения, чем полноценные мысли.

— Джейс! — сказала мать через дверь. — Я беспокоюсь о тебе.

Она была близко — так близко, что при желании Джейс мог прочесть ее. Но он не стал. Он больше не хотел оказываться в чужом разуме. Он не хотел открывать их темные секреты, не хотел управлять и манипулировать ими, но больше всего он не хотел вновь увидеть себя чужими глазами — маленького, нелепого, уязвимого.

— Хорошо, — произнес он. — Заходи.

Она приоткрыла дверь и улыбнулась ему. Не слыша ее мыслей, он не мог сказать, была ли эта улыбка искренней или вымученной. Он вообще мало что мог сказать.

Мать села рядом с Джейсом на кровать, взглянула на собранный рюкзак, но ничего не сказала. Ранна Белерен была целительницей, и ее вызывали в срочных случаях. У нее было терпение человека, повидавшего самое худшее, но понимающего, что всякая боль реальна.

— Что они тебе наговорили? — спросил ее сын.

— Я бы хотела сначала послушать тебя.

— Тук хотел меня убить, — сказал Джейс. — Это тебе рассказали?

Она отрицательно покачала головой.

— Они снова собирались избить меня, — продолжил мальчик. — Я не знал, что делать, так что я... не знаю. Я просто... узнал секрет Тука и начал говорить.

— Он говорит, что ты прочел его мысли.

Джейс обнял ее колени. — Я не понимаю, как я это делаю, — вздохнул он. — Я... просто слышу, как думают люди. А иногда даже не могу различить, где чужие мысли, а где мои.

— Ты телепат? — спросила мать. Она выпрямила спину.

Джейс видел, что она осознает то, что услышала. Он хотел бы знать, что она думает, но сдержался. Он умел ждать.

— Ты телепат. На этот раз это было утверждение, а не вопрос. — Мой сын, который все схватывает на лету, который всегда знал, когда мамочку нужно обнять, когда ей нужна его любовь. Мой сын — телепат. Она улыбалась.

— Ты не думаешь, что я урод?

Ранна протестующе замотала головой: — Я думаю, что ты лучше всех, и я буду любить тебя, несмотря ни на что.

Джейс знал, что это правда, но не мог сказать точно, помогали ли тут ему его способности.

— Как Кейден? — спросил он. — Слышно что-нибудь?

Мать поджала губы. — Он до сих пор без сознания, — сказала она. — Целители не совсем понимают, что делать.

— Я не хотел навредить ему, — сказал Джейс.

— Я знаю.


Джейс вышел в общую комнату, протирая глаза. Его остывший завтрак стоял на столе.

После разговора с матерью он решил ненадолго задержаться и посмотреть: вдруг все станет хорошо. Время от времени он выходил из комнаты, чтобы вместе с родителями поесть — это были напряженные и молчаливые трапезы. С отцом они практически не разговаривали, и Джейс не решался выходить из их жилища. Шел четвертый день.

Мальчик успел умять три жирные сосиски и полтарелки холодных яиц, прежде чем заметил, что родители стоят в комнате и смотрят на него. Отец излучал нетерпение, а мать — озабоченность.

Джейс уверенно пригладил волосы и повернулся: — В чем дело?

Отец Джейса раскрыл рот, но мать заговорила первой: — Кое-кто хочет с тобой познакомиться, — сказала она. — Кое-кто, кто может помочь.

Джейс покрутил головой.

— На смотровой площадке, — объяснил отец. — Здесь ему не поместиться.

Джейс с трудом устоял перед желанием заглянуть в отцовские мысли и узнать, что это за помощник, который не может поместиться в комнате. Он до сих пор невольно улавливал обрывки родительских мыслей и ощущения встреченных людей. Но после случая на вершине кольца он не делал ничего подобного намеренно и старался прекратить делать вовсе.

— Кто это такой?

— Судья, — ответил отец Джейса. — Его работа — переговорами добиться окончания войны. А еще он маг, вроде... хм-м... вроде тебя. Он знает, как...

— Знает, как научить тебя управлять твоими способностями, — закончила мать.

Другие дети были в школе, и Джейс был рад, что они не глазеют на него по пути к смотровой площадке. Но о том, что случилось, успели узнать, пожалуй, все жители Схождения Силмота. Джейс с родителями поднимался наверх, а встреченные пялились на него, торопились скрыться из вида или перешептывались, прикрывая рот ладонью.

Можно подумать, меня это остановило бы.

Они не ненавидели его. Они его боялись. Джейс подумал, что их можно понять. Он копался в воспоминаниях Тука, чтобы побольнее его уязвить, а чтобы спасти свою жизнь, Джейс без сомнений ворвался в разум Кейдена.

Вместе с родителями он поднялся по последней лестнице и вышел на смотровую площадку — участок кольца без стен, огороженный перилами. Здесь на задних лапах сидел сфинкс.


 

Иллюстрация: Славомир Маниак

Он возвышался над Джейсом — величественное лицо, окаймленное бородой, огромные лапы, изысканное ожерелье из золота и зеркального серебра, оперенные крылья, сложенные за спиной.

«Меня зовут Альхаммарет. А ты — Джейс Белерен, необычайно талантливый маг разума».

Джейс сразу понял, что это не его мысли.

— Как ты?..

— Пожалуйста, отвечай, как я, если тебе не сложно, — прогремел голос в его голове.

— Вот так? — подумал Джейс.

— Именно.

— Маг разума? — подумал-сказал Джейс. — Но разве маг не читает заклинания? Я не знаю никаких заклинаний.

— Но ты используешь их, — ответил Альхаммарет. — Тебя никто не учил, и заклинания пришли к тебе из подсознания.

— Ладно, я использую заклинания, значит... ты прилетел, чтобы остановить это?

Альхаммарет улыбнулся. — Нет. Останавливать тебя не придется. Я прилетел, чтобы тебя учить.

— Учить меня? Где? — Джейс взглянул на родителей. — Здесь?

— Нет, — ответил Альхаммарет. — Возможность обучать многообещающего мага разума выпадает нечасто, но не настолько редко, чтобы я мог отказаться от своих обязанностей. Став моим учеником, ты отправишься со мной.

— Надолго?

— На годы.

Косые взгляды, шепот за спиной, страх. Он может все это оставить позади — вместе с любовью и поддержкой родителей.

— А они знают, что ты мне предлагаешь? — спросил Джейс сфинкса.

— Да, я говорил с ними об этом. Они хотят для тебя лучшего. А лучшим в данном случае будет вытащить тебя из этого захолустья, чтобы ты смог раскрыть свой истинный потенциал. У тебя редкий дар. Не стоит растрачивать его в этой дыре.

Джейс вновь посмотрел на родителей. Мать ободряюще кивнула ему. Отец, похоже, смотрел с облегчением. «Образование — это твой билет отсюда».

Джейс даже не стал поворачиваться к Альхаммарету.

— Я готов, — произнес он.

Когда собравший вещи и попрощавшийся с родителями Джейс подошел к нему, Альхаммарет опустился на пол и кивком велел ему забираться к себе на спину. Джейс устроился на загривке, просунув ноги под серебряное ожерелье. Он искренне надеялся, что для этого оно и предназначено.

Опустив голову, он посмотрел на мать, отца и собравшуюся толпу. Здесь были и Тук с Джилл, глядящие на него с ненавистью. Жители Схождения Силмота уже казались ему маленькими, оставшимися где-то далеко.

— Я вернусь, — сказал Джейс родителям. — Обещаю.

Он заглянул Туку в глаза. «А если ты тронешь мою семью, я разберу твой разум по кусочкам — по одному мерзкому воспоминанию за раз».

Тук отшатнулся.

Родители Джейса махали ему на прощанье. Альхаммарет встал, потянулся и взмыл в небо со смотровой площадки.

Полет! Джейса как-то раз крутил в воздухе маг ветра, но в этот раз все было совсем иначе. Они летели высоко над землей, оставив позади цепочку магических колец и направляясь в сторону, о которой Джейс никогда раньше не думал. Дом, где он провел тринадцать лет, уменьшался, превратился в точку и исчез за горизонтом.

— Это было жестоко, — раздался голос Альхаммарета.

Джейс вздрогнул.

— Ты... — Он остановился. Альхаммарет не разрешал ему общаться голосом, да и шум ветра делал невозможными любые разговоры. — Ты все слышал?

— Конечно, — ответил Альхаммарет. — Тебе к этому надо привыкнуть. До сегодняшнего дня ты не подозревал о существовании других магов разума. Тебе не приходилось думать о тонкостях, возникающих при общении с другим телепатом.

— Я это запомню, — сказал Джейс.

— Я научу тебя управлять своими силами. Помогу отточить их и научу с помощью телепатии делать такое, о чем ты и не помышлял. Покажу, как добывать сведения, запрятанные в самых глубинах разума... и все это — не причиняя никому вреда. Но если ты воспользуешься своими способностями, чтобы намеренно кому-то повредить, то это будет конец твоего обучения... а возможно, в зависимости от причиненного вреда, и жизни. Ты меня понимаешь?

— Полностью, — ответил мальчик. — Я просто хотел напугать его.

— На этом пути будь осторожен, — предупредил сфинкс. — Со временем ты станешь более грозным, чем можешь себе представить. А однажды внушенный страх уже сложно стереть из памяти.

Некоторое время они летели молча. Ландшафт внизу поменялся, степь уступила место полям и широким мелким болотам. Знакомыми казались лишь виднеющиеся вдали магические кольца.

— Это территория сепаратистов, да? — спросил Джейс.

— Эти земли захватили тровийцы, это верно. Но термин «сепаратисты» подразумевает предвзятость.

— А ты — судья?

— Да, — ответил Альхаммарет, — так почему же продолжается война?

Джейс покраснел. Это был его следующий вопрос. Маг разума!

— Война продолжается уже много лет, — сказал Альхаммарет. — И каждые несколько лет стороны выдыхаются настолько, что не могут продолжать. Тогда судьи договариваются о мире. Но рано или поздно одна из сторон нарушает перемирие, и война продолжается. Мы уже даже не стараемся заключать постоянные мирные договоры. Если все заранее знают, когда вновь начнутся боевые действия, то это проще и честнее.

— Почему бы не позволить одной из сторон победить? — поинтересовался Джейс.

— За контроль над Ядром сражаются ампринцы и тровийцы, — объяснил сфинкс. — Но в каждый момент времени лишь одна фракция удерживает Ядро, и эта сторона пожинает все плоды, которые дает сеть магических колец. Так почему же эта сеть до сих пор стоит? Почему, когда Ядро удерживают ампринцы, тровийцы не разрушают магические кольца, чтобы лишить врагов источника энергии?

Джейс об этом никогда не задумывался. — Потому что... потому что думают, что смогут отбить Ядро, и тогда они смогут сами ими пользоваться.

— Именно, — сказал Альхаммарет. Пока каждая из сторон считает, что может победить, сохраняется равновесие и стоят магические кольца. Из городов уходят, оставляя их пустыми, а не ровняют их с землей. Дороги и мосты сдают противнику в надежде когда-нибудь отбить. И если это переменится, если одна из сторон почувствует угрозу самому своему существованию, то отступая, она оставит за собой выжженную землю, чтобы ничего не досталось врагам. Цивилизации Врина понадобятся века, чтобы оправиться от такого. Если это вообще будет возможно.

Джейс внезапно почувствовал головокружение.

— Вот это стараются предотвратить судьи, — продолжил сфинкс, — и ради этого мы готовы смириться с человеческими смертями. Как обычно, все не так просто, как кажется на первый взгляд.

Вечером они остановились на ночлег в магическом кольце. Альхаммарет велел приготовить им комнату в отдаленной его части. Кольцо отличалось от того, где вырос Джейс. Оно было больше, и его недавно отремонтировали. Ни одна из сторон не хотела навредить кольцам, но случайного урона избегать не получалось.

Через несколько дней они достигли места назначения — возвышающейся над равниной каменной стены. Работая могучими крыльями, Альхаммарет взлетел выше. Приземлившись на широкую платформу, он встряхнул крылья и присел, чтобы Джейс мог слезть.

«Добро пожаловать в новый дом, Джейс Белерен».

Дом. Джейс надеялся, что это место может стать ему домом.


Перед последним лестничным пролетом Джейс сделал передышку.

Уже два года он был в учениках у сфинкса, изучая возможности — и ограничения — своего собственного разума. В пятнадцать лет он был выше, умнее и могущественнее, чем когда-либо раньше. Он мог вытянуть военные тайны из головы спящего стражника, не узнавая ничего о его семье. Мог затуманивать мысли и менять чужое мнение, не причиняя никакого вреда. Джейс надеялся, что родители гордились бы им. Основной областью, которую он изучал с Альхаммаретом, была телепатия, но сфинкс не забывал и про другие аспекты магии, а Джейс оказался талантливым мастером иллюзий.

Поначалу он думал, что обучение по большей части будет заключаться в посещении переговоров и попытках выудить сведения из разума посланников. Альхаммарет действительно брал его с собой на переговоры, а потом спрашивал, что ему удалось прочитать в мыслях, — и ничего интересного в них никогда не встречалось. Джейс в самом начале спросил, почему представители сторон соглашаются на переговоры с телепатом.

— Чтобы все оставались честными, — объяснил сфинкс с хитринкой в глазах. — Они уже давно научились не отправлять на переговоры тех, кто знает хоть что-то, о чем они не готовы сказать вслух.

Но кроме переговоров были долгие часы изучения теории в библиотеке сфинкса, дуэли разумов на посадочной платформе и бесконечный поток вопросов, испытаний, тестов и экзаменов. Были головоломки и шифры, гости — как настоящие, так и иллюзии, — а время от времени даже ловушки. Джейсу не удавалось ни на йоту проникнуть в разум Альхаммарета. Впервые за всю свою жизнь учеба не казалась ему легкой. Однажды во время упражнений с иллюзиями он даже потерял сознание — так сильно захлестнули его грезы, желавшие стать реальностью.


 

 

Иллюстрация: Йохан Щепач

Несколько месяцев назад Альхаммарет начал отправлять Джейса на самостоятельный сбор информации. Сфинкс называл это «тренировочными заданиями», но на самом деле они были вполне реальными. Под покровом темноты укрытый иллюзиями Джейс должен был пробраться в лагерь одной из воюющих сторон. Там, используя телепатию или обычное воровство, он должен был узнать о военных планах армии и вернуться с докладом к Альхаммарету.

Сначала юноша протестовал, но Альхаммарет убедил его, что эти сведения помогают ему поддерживать мир. Часто одного упоминания боевых планов на переговорах было достаточно, чтобы на фронте все затихло на пару месяцев.

Наконец, под руководством сфинкса Джейс стал использовать свои способности для помощи людям. И его последнее задание прошло особенно хорошо.

Он поднялся по ступенькам и вошел в кабинет Альхаммарета.

Наставник глядел в громадное круглое окно. Он не повернулся, когда вошел Джейс. Они не видели нужды в том, чтобы разговаривать лицом к лицу, и часто общались из разных комнат, хотя дальность телепатии сфинкса все еще намного превосходила возможности его ученика.

— С возвращением, — сказал Альхаммарет. — Что ты узнал?

Джейс не мог читать мысли Альхаммарета, и тот из вежливости не заглядывал в разум ученика без приглашения — кроме тех случаев, когда они отрабатывали ментальную защиту. Джейс уже не был беспомощным новичком, но его ментальные блоки учитель сметал без всяких усилий.

Чтобы ответить, Джейс открыл для Альхаммарета определенный набор воспоминаний. У высокопоставленного тровийского офицера юноша узнал о планах неожиданного весеннего наступления. Тровийцы собирались пересечь Морозные трясины, до того как те растают, и нанести удар по ампринцам в Ядре. Это означало жестокие сражения для обеих сторон, столкновения на ранее не тронутых войной землях и потенциальную потерю территорий Ядра ампринцами. И Джейс выяснил все это, не дав тровийцам узнать, кто он такой, и что он из них вытянул.

Иллюстрация: Синтия Шеппард

— Отлично сработано, — похвалил его Альхаммарет. — Думаю, выражение лица тровийского посла, когда я упомяну об этом на ближайших переговорах, будет... весьма занятным.

Сфинкс повернулся и направился мимо Джейса вниз по изогнутой лестнице. — Идем, — сказал он. — Я хочу взглянуть на карты, пока твои воспоминания еще свежие, и отметить их точные маршруты.

Комната ничем не напоминала скромную библиотеку Схождения Силмота с ее потрепанными руководствами по мана-динамике, пыльными книгами по истории и скверно написанными романами. Здесь место книг занимали кристальные сферы. Лапы Альхаммарета неспособны были переворачивать страницы, и даже если можно было бы набить книгами целое магическое кольцо, они все равно не вместили бы столько сведений, сколько хранилось в его библиотеке.

При помощи массивных педалей, словно играя на органе, Альхаммарет поместил одну из сфер в проектор. В центре комнаты возникла карта Морозных трясин.

Джейс разрисовал ее иллюзиями, показывая, как должны пойти войска. Мысли его, тем временем, витали в облаках.

Он думал о том, как возросло его могущество. Да, из тровийского лагеря пришлось выбираться с боем, но он подчистил за собой следы. Джейс получил все, за чем пришел, никто его не видел и не запомнил, и он не нанес никому непоправимого ущерба. Всего лишь несколько месяцев назад он и помыслить не мог о такой операции. Скоро он станет лучшим магом разума, чем...

Сфинкс отвлекся, он вызывал новые карты и наносил на них сведения Джейса, прокладывая путь тровийской армии в центр континента.

Джейс уже давно не испытывал защиту Альхаммарета.

Конечно, тот поймал бы его. Альхаммарет всегда знал, когда ученик пытается его прочитать. Впрочем, Джейс мог бы разумно возразить, что это тоже часть его обучения — понять, когда цель наиболее уязвима.

И он потянулся к разуму Альхаммарета.

Мысли сфинкса были громадными, могучими — яростный циклон ментальной силы. Короткие попытки Джейса всегда натыкались на непроходимую стену. Однако на этот раз, приложив усилия, ему удалось попасть в струю ветра...

Его подхватил поток ощущений и воспоминаний.

Он смотрел на самого себя, изучающего иллюзии, изо всех сил старающегося удержать несколько крохотных огоньков и звуков. Он выглядел таким юным...

Вдруг что-то пошло не так. Глаза засветились сине-белым светом. Иллюзии закрутились вокруг него, все быстрее и быстрее.

А потом

он начал

таять...

Джейс исчез в закружившем его вихре иллюзий.


 

Иллюстрация: Райен Барджер

Создав эфирное щупальце, Альхаммарет потянулся в пустоту между мирами (мирами!) и вытащил ученика назад.

Мироходец. Planeswalker.

Джейс пошевелился. Сел. Спросил, что случилось.

И Альхаммарет стер всю память об этом из разума мальчика.

Библиотека. Его собственные глаза. Проницательный взгляд Альхаммарета.

— Джейс?

— Вот здесь, — откликнулся он, подсвечивая участок карты. — Извини.

— Ты устал, — сказал Альхаммарет. — Не прыгай выше головы. Отдохни.

Джейс отправился к себе в комнату и захлопнул дверь, не собираясь пока ее открывать. Альхаммарет узнает. Если уже не узнал. Сколько пройдет времени, пока он снова не сотрет Джейсу память? И сколько раз такое уже случалось? Был ли какой-то способ узнать?

Мироходец.

Что бы ни означало это слово, Альхаммарет считал, что Джейс был одним из них. Что кроме Врина существовали и другие миры. Что Джейс мог между ними путешествовать.

Он попробовал. Ничего не случилось.

Он был planeswalker-ом, провалившимся в эфир между мирами. Но если он не мог этого вспомнить... мог ли он это повторить?

Альхаммарет преследовал собственные интересы. Возможно, старый сфинкс собирался когда-нибудь объяснить все Джейсу, извиниться за обман, сказать, что мальчик просто еще не был готов... Ученик-planeswalker... Альхаммарет из одной только жадности захотел бы оставить его у себя.

Но пока все эти знания были у Джейса в голове, Альхаммарет мог их прочитать. А если бы Альхаммарет прочитал их, то снова стер бы Джейсу память, и тот потерял бы последнюю надежду узнать правду. Нужно было защитить свой разум. Но любое отклонение от обычного поведения вызвало бы подозрения, подозрения привели бы к пристальному вниманию, и тайна Джейса была бы раскрыта.

Он достал из стола лист бумаги и начал писать — мелким, неразборчивым почерком, чтобы сфинкс не прочитал бы, даже если бы нашел. Джейс писал, что он увидел, и как ему это удалось. Он изложил на бумаге все подробности и предупредил сам себя о том, что случится, если узнает Альхаммарет. Закончив, он поставил наверху число, аккуратно сложил листок и спрятал в ящик стола.

А потом медленно и очень, очень осторожно Джейс заставил себя забыть о том, что видел, забыть о том, что записал, и забыть, как он это забывал.

У него болела голова.

За следующие недели он несколько раз находил свою записку. Каждый раз он приходил в ярость. Каждый раз раздумывал, что делать дальше. И каждый раз, чтобы защитить память от Альхаммарета, избавлялся от воспоминаний.


На этот раз лагерь был ампринский.

Ампринцы как никто ценили строгий протокол. Пробираться мимо солдат было не сложнее, чем мимо каменных статуй. Залезть к любому в голову, узнать расписание патрулей, и можно было входить.

Солдат было больше, чем он ожидал. Слишком много для небольшого штаба. Кто-то важный прибыл с визитом.

Это означало, что придется рисковать. Стоило бы вернуться к Альхаммарету и попробовать в другой раз.

Но от важной шишки и сведений можно получить больше.

Пришлось прочитать мысли еще нескольких солдат, прежде чем Джейс узнал, кто станет его новой жертвой. На передовую приехал генерал — опытный и заслуживший немало медалей ветеран. С генералом было два взвода отборных стражников, и двое их них день и ночь охраняли вход в его палатку.

Под покровом ночной темноты, когда светильники в палатке еще горели, Джейс переступил через тела крепко спящих охранников.

Иллюстрация: Синтия Шеппард

В палатке было трое. Джейс отправил двоих в объятья сна и повернулся к генералу. Тот раскрыл рот, чтобы кликнуть стражу, но не смог издать ни звука.

«Привет, генерал, — сказал Джейс. — Не волнуйтесь, это быстро».

Он нырнул в его разум.

У генерала была крепкая воля, и долю мгновения он даже сопротивлялся натиску Джейса. Но он не был магом разума, и у него не было никаких зачатков волшебника. Джейс смахнул его природную защиту и увидел...

Перед ним был развернут полный план предстоящей военной кампании тровийцев. Иллюзорная карта, в мельчайших подробностях повторяющая местность. План был дерзким... и он сработает, если не предпринять меры.

— Ты уверен, что это не подделка? — спросил генерал.

— Абсолютно, — ответил человек в закрывающем лицо капюшоне. — Разве мой источник вас когда-нибудь подводил?

— Нет, — сказал генерал. — Уверен, что и повстанцев тоже.

— Само собой, — кивнул человек. — Когда торгуешь сведениями, репутация превыше всего.

— Конечно, — ответил он.

Этот человек в капюшоне... вернее, мальчишка, долговязый и наглый, знал гораздо больше, чем говорил... например, кем был его источник. Ради блага Амприна надо было схватить наглеца, выпытать имя, и тогда...

Из этого не выйдет ничего хорошего, — промолвил посланник. — Он мало мне рассказывает. Его глаза под капюшоном сверкнули.

— Хорошо, — произнес генерал. — Забирай плату и проваливай. И передай своему источнику, что покуда у него будут для меня сведения, недостатка в деньгах не будет.

— Непременно, — отозвался мальчик. Он убрал деньги в карман, повернулся, и в этот момент генерал увидел его лицо...

Джейс услышал приглушенные крики — оттуда, из реального мира. Он слишком надолго задержался.

Он попал в ловушку. В ловушку в чужом разуме, в воспоминаниях, не в силах пошевелиться — он смотрел на собственное лицо под этим проклятым капюшоном и понимал, что абсолютно ничего не знает обо всем этом диалоге.

Джейс потянулся...

...и выбрался на свободу.

Генерал обвалился на пол с пустыми глазами.

Топот бегущих ног. Распахнулся вход с палатку. Джейс повернулся.

Три стражника. Он взмахнул рукой, и их окружил рой иллюзий.

Генерал дышал, но его разум был чист.

«Извини».

Джейс вынырнул из палатки и побежал. Он не останавливался, пока совсем не выбился из сил.


Вернувшись в дом Альхаммарета, Джейс сразу же отправился в свою комнату и собрал вещи. Он не знал, куда пойдет. Но ему было все равно.

Собираясь, он нашел написанную собственной рукой записку, предупреждающую о двуличии Альхаммарета и рассказывающую об его истинной природе.

Еще одна ложь. Еще одна причина для ярости.

Джейс дописал несколько строчек, сунул записку в карман и снова стер ее из памяти. Когда-нибудь ему не придется этого делать.

Он старался держать свои мысли под надежной защитой. Если Альхаммарет захочет узнать, что творится в его голове, то ее придется расколоть пополам.

Джейс заглянул в библиотеку и в кабинет. Никого.

Он мог просто уйти. Он не желал больше участвовать в играх сфинкса.

Но он должен был знать.

Джейс отправился на посадочную площадку. Альхаммарет поджидал его там, сидя на задних лапах.

— С возвращением, — сказал сфинкс. — Что ты узнал?

— Это ты мне расскажи, — ответил Джейс. Он закрылся, не желая оставлять наставнику ни единой щелочки. Он поднял все ментальные барьеры, о которых знал.

— О! — сказал Альхаммарет. — Видимо, ты узнал что-то, что тебе не понравилось? Голос сфинкса в его голове стал громче и настойчивее.

— Вовсе нет, — ответил Джейс. — Но мы уже давно не упражнялись в ментальных схватках, верно?

— Верно. Ты стал могущественнее. Ты можешь себе навредить.

Ты хочешь сказать, навредить тебе?

— Это вряд ли, — сказал сфинкс.

— А если я попаду в руки вражеского мага разума? Мы же с тобой не одни такие, не так ли? Испытай меня. Помоги узнать свои пределы. Вытяни из меня информацию.

— Альхаммарет встал, и вся сила его разума обрушилась на Джейса, как штормовой фронт.


 

Иллюстрация: Линь Янь

Джейс думал, что почувствует вторжение, чужеродную силу. На деле же его охватило чужое присутствие, поток мыслей и ощущений, затмевающих его собственные. Альхаммарет мог разорвать разум Джейса на части. Но для этого ему надо было прочитать его, а в это время Джейс смог сделать то же самое с ним. Наконец-то он узнал, что на самом деле происходило эти два года. Узнал, по какому опасному краю он все это время ходил.

Альхаммарет обманывал его. Он использовал Джейса как посредника, чтобы собирать информацию, продавать ее, а во время доставки узнавать новую. Делая это, он каждый раз стирал память ученика, присваивал деньги, и война продолжалась. Если твоя работа — переговоры о мире, то какой тебе резон добиваться его на самом деле?

Альхаммарет понимал, что Джейсу стало все это известно. Он сильнее углубился в разум юноши, чтобы истребить все вредные воспоминания, чтобы сохранить ценный ресурс — если получится. А если не получится — то уничтожить.

Джейс ударил первым.

Сфинкс был сильнее. Однако здесь, в голове Джейса, он был уязвим — если тот готов был повредить свой собственный разум. Но Альхаммарет был слишком высокомерен и труслив, чтобы подумать об этой возможности.

Джейс почувствовал, как он падает назад, вверх, прочь. Он забыл, где его дом, забыл лицо своей матери и звук собственного имени. Но сфинксу было еще хуже.

Альхаммарет забыл, как дышать.

Задыхаясь, он повалился вперед, и контур его головы стал последним, что Джейс увидел, прежде чем распался

на

осколки

и

перешел…


 

Иллюстрация: Эрик Дешам

Равника

Он больно ударился спиной об землю. Было светло. И шумно. И многолюдно.

У него болела голова.

Формы вокруг него стали людьми, звуки — голосами, а головная боль — чужими мыслями.

«Осторожнее!» — произнес голос, и его владелец переступил через Джейса.

«Сдать бы тебя Боросам за такую телепортацию...»

Боросам?

«Прочь с дороги!» — прокричал другой голос, и Джейс поднял голову как раз вовремя, чтобы укатиться из-под колес телеги, которую тянул мохнатый зверь с копытами и внушительными рогами.

«Явился ниоткуда. Наверное, неудачный эксперимент Иззетов».

Он поднялся на ноги. Люди глядели на него. Чувствовал себя Джейс не лучше, чем выглядел — потный, бледный, перепачканный. Натянув шарф на лицо, он отошел с проезжей части.

Я не эксперимент. Я... я...

Я попал в беду.

Ладно. Подумаем об этом.

Джейс шел так быстро, как только мог, чтобы не казаться спешащим. Он осторожно потянулся к разумам окружающих его прохожих. Это была какофония, безумная мешанина голосов, половина из которых даже не была человеческими.

«Бродяга». «Вор». «Бедный мальчик». «Оборванец».

Голова болела все сильнее.

И все же ему удавалось выудить из шума крупицы полезных сведений. Это был район модников, и его наряд («одежда с кольца», — выплыло откуда-то из подсознания) здесь выглядел лохмотьями. Приближался некий праздник Рок-Чов. Группировка, которую называли Орзовами, то ли владела этим районом, то ли контролировала его политически, то ли и то, и другое. Сотни умов — и никто не думал о том, что происходит за городом. Странно? Или все горожане так себя ведут?

Джейс заметил по меньшей мере две организации, поддерживающие порядок, и старался держаться от них подальше. Ему нужно было попасть куда-то, где он не привлекал бы внимания. Он читал самые мрачные, серые мысли, касался разумов тех, кто был одет в лохмотья, и шел за ними, как за путеводной звездой.

Минут через десять он оказался совсем в другом месте: здесь улицы были уже, тени темнее, а жители не лезли в чужие дела.

Джейс шел, не забывая об угрозе засады, и пытался найти еще что-то полезное в головах местных обитателей.

Наконец, в голове грязной и голодной девчонки он нашел ее главное, самое ценное сокровище:

«Эммара Тандрис».

Она принимала бродяг. Но где?

«В Овитции».

Подойдет.


Дверь распахнулась, и Джейс увидел изысканно одетую величественную женщину с длинными остроконечными ушами и молочно-белыми глазами. Ее мысли были надежно спрятаны в лабиринте разума.

Она прекрасна.

— Если ты пришел полюбоваться мной, — сказала она, — то у меня, боюсь, совсем нет времени.

— Ты читаешь мысли? — удивился он... и сразу же пожалел об этом.

Эльфийка улыбнулась. — Нет. Просто ты подросток.

Он покраснел и вдруг на мгновение увидел себя ее глазами: чумазый, неуклюжий, с мутными глазами. Его можно было читать, как раскрытую книгу.

— Я... «не из города», — почти сказал он, но понял, что до сих пор не знает, что это может здесь значить, — из другого района. Мне нужно где-то остановиться. Я слышал, ты берешь таких, как я.

— Иногда. Как тебя зовут?

Он пробежался по мыслям вокруг, чтобы найти не вызывающее вопросов местное имя.

— Беррим, — он достал его из головы проходящего мимо слуги, почти не задержавшись с ответом. — Меня зовут Беррим.

Это была безобидная ложь, и это было лучше, чем признавать правду. По крайней мере, он так считал.

— Заходи... Беррим, — сказала Эммара. —Давай поищем тебе новую одежду.


Он был в безопасности. Он помылся и поел. У него, наконец, появилось время подумать. Что он может вспомнить о себе?

Задумавшись, он рисовал в воздухе иллюзии. Шары, линии, кольца.

Схождение Силмота.

Эти слова возникли ниоткуда, а с ними — образ колоссальной постройки в виде кольца. Мысль была его собственной — рядом не было никого, кому она могла бы принадлежать.

Перед ним возникла фигура: овальное, открытое снизу кольцо с кругом посредине. Он понятия не имел, что она означает, да и означает ли что-нибудь.

Джейс.

Меня зовут Джейс Белерен.

Итак, в его голове что-то было, что-то ждало, когда он сможет до этого добраться.

И кто такой этот Джейс Белерен? Он хороший человек? Добрый?

Джейс убрал иллюзорную фигуру и сел — один, дальше от дома, чем когда-либо представлял себе возможным.

Он подождет — и узнает.

Иллюстрация: Джейми Джонс

Latest Magic Story Articles

Magic Story

8 Октябрь 2020

Эпизод 5: Две стражницы by, A. T. Greenblatt

Нисса приготовилась сразиться с теми, кого она когда-то считала союзниками, и вдруг подумала: а не совершила ли она огромную ошибку, оставив Зендикар? Джейс и Нахири стояли перед ней, тя...

Learn More

MAGIC STORY

30 Сентябрь 2020

Голод by, Brandon O'Brien

Окраины Свободного города Ниманы тонули в угольно-черной ночи. В этой недружелюбной тьме по направлению к лагерям пробирался мужчина в темно-серой накидке, стараясь закутаться в одеяние к...

Learn More

Статьи

Статьи

Magic Story Archive

Хотите узнать больше? Исследуйте архив и погрузитесь в тысячи статей по Magic ваших любимых авторов.

See All