Война Искры: Равника — Вынужденный союз

Posted in Magic Story on 22 Май 2019

By Greg Weisman

Greg Weisman is best known as the creator and producer of Gargoyles, and the writer-producer of Young Justice, Star Wars Rebels, and The Spectacular Spider-Man. He's the author of five novels: Rain of the Ghosts, Spirits of Ash and Foam, World of Warcraft: Traveler, World of Warcraft: Traveler - The Spiral Path, and War of the Spark: Ravnica.

Предыдущий рассказ: Путь к Роскоши

Родители, пожалуйста, имейте в виду, что этот рассказ может быть неподходящим для юных читателей.

I.

Господин Джейс Белерен, инициатор Договора Гильдий, отдал телепатический приказ: «Отступаем. Нам нужен план. Передайте всем мироходцам и мастерам гильдий, которых сможете найти. Встречаемся в Сенате Азориуса. Прямо сейчас».

Ну, сейчас так сейчас.

Госпожа Кайя все еще была полна решимости сначала дойти до Орзовов, и примерно через десять минут путешествия в компании со мной и Тейо ей это удалось.

Но очень скоро я поняла, что после этого удача от нее отвернулась.

Госпожу Кайю немедленно приветствовала личный секретарь — мадам Блез. Рассчитывая сплотить Орзовов и поднять их на борьбу с Боласом и его Вековечными, госпожа Кайя попросила мадам Блез организовать встречу с руководителями Синдиката, начиная с матриарха Тейсы Карлов, главы влиятельнейшей олигархической семьи Орзовов.

Пять минут спустя матриарх Карлов прислала свои глубочайшие сожаления, что все еще не может покинуть дом, но договорилась о встрече госпожи Кайи (к тому времени уже разочарованной и злой) с тремя важными шишками, каждая из которых, думается, своей возросшей властью над церковью была во многом обязана Кайе, ведь та уничтожила прежних правителей — Призрачный Совет Обзедат. Известные как Триумвират, эти важные шишки заходили по очереди, и каждую сопровождал небольшой трулл на поводке, который — насколько я могла судить — не выполнял никаких особых функций, разве что придавал своему хозяину еще больше важности.

Понтифик Армин Моров был человеком, патриархом олигархата Моров. Он был очень стар, с серой кожей и абсолютно голым черепом и выглядел так, будто уже как следует подготовился к вступлению в реформированный совет Обзедат. Мастер-мытарь Славомир Золтан, вампир, был очень привлекательным с виду, но при этом весьма грозным. И третья — госпожа Маладола — была ангелом, давнишним перебежчиком из Легиона Бороса, теперь исполняющим обязанности главного боевого палача Орзовов.

Госпожа Кайя также попросила мадам Блез вызвать господина Томика Врону, помощника матриарха Карлов. Но мадам Блез вернулась ни с чем, доложив, что найти господина Врону не представляется возможным и что он, очевидно, находится за пределами собора. Следя за мастером Зареком и госпожой Кайей по поручению Гекары, я не упускала ни одной мелочи и знала, что господин Томик был другом Кайи, и теперь видела, как разочарование на ее лице сменяется беспокойством. Что было неудивительно, учитывая ситуацию на улицах Равники.

Итак, господин Врона и матриарх Карлов отсутствовали, и наша шестерка — ну, или девятка, если считать труллов, вошла в огромный кабинет, способный вместить в десять раз больше посетителей. Члены Триумвирата разделились и сели на таком расстоянии от госпожи Кайи — как и друг от друга — что им постоянно приходилось перекрикивать собственное эхо.

Госпожа Кайя попыталась описать текущее положение дел в Равнике, рассказав о Боласе, Вековечных, гильдиях и мироходцах.

Понтифик Моров, тщательно подбирая слова, рассыпался в извинениях перед новым лидером своей гильдии, но он категорически не понимал, почему гильдию Орзовов должны волновать какие-то мироходцы. «Впрочем, — заключил он, — я буду рад издать церковный указ, осуждающий Вековечных, собирающих эти… Искры Мироходцев? Это верный термин? Впрочем, не имеет значения. С формулировками мы еще определимся».

Мастер-мытарь Золтан не считал допустимыми возможные затраты на участие в сражении. «В это тяжелое время сбор десятины затруднен. Да и то, что вы, мастер, прощаете долги, не способствует улучшению дел. Давайте не будем вмешиваться в естественный ход вещей? Экономическая составляющая войны, вероятно, будет более привлекательна после ее окончания. Фаза восстановления города всегда приносит больший доход».

Госпожа Маладола была единственной из этой тройки, кто выказал хоть какой-то намек на поддержку. Во всяком случае, она коротко сообщила о своем желании немедленно вступить в бой. Но брови мастера-мытаря Золтана поползли вверх, а понтифик Моров еле заметно покачал головой, и палач довольно быстро сменила тон. «Если наша новая глава гильдии возглавит атаку, церковные палачи будут рады предоставить ей почетный караул — как минимум, они сопроводят ее на встречу на высшем уровне в Сенат Азориус».

«Мне не нужны ряженые телохранители. Я сама могу о себе позаботиться. Вы не понимаете…»

«Пожалуйста, мастер. Мы настаиваем. Ведь так?»

Мастер-мытарь Золтан и понтифик Моров подтвердили, что они настаивают. А вампир добавил, что этикет обязывает их предоставить нам сопровождение в особняк Сената.

Но только туда…

Глаза госпожи Кайи пылали так яростно, что мне показалось, будто она и сама вот-вот вспыхнет. «Послушайте меня, — произнесла она, стараясь сдерживать гнев. — Вы, похоже, не до конца понимаете, с какой опасностью столкнулся этот мир».

«Я полагаю, что если все настолько серьезно, Договор Гильдий наконец-то проявит себя и решит все проблемы», — отвечал понтифик.

«Белерен уже проявил себя. Он здесь и сражается вместе с остальными. Он часть формирования Стражей, которое я собираю… формирования, призванного защитить Мультивселенную от Боласа. Он и еще один мироходец, Гидеон Джура, делают все возможное, возглавляя войска, противостоящие дракону. Но как воплощение Договора Гильдий он потерял рычаги влияния. Он один нам не поможет. Здесь все зависит от…»

Ангел нахмурилась и заявила: «Какой нам от него толк, если у него нет ни власти, ни силы?»

«Действительно, — поддержал ее вампир, — почему мы должны следовать за кем-то, кто упустил такие возможности?»

«Возможно, будет благоразумным отозвать наши силы для обороны Роскоши и ждать, пока все не разрешится само собой, — добавил их коллега-человек. — Через несколько дней положение дел может в корне измениться».

«Через несколько дней, — вскипела Кайя, — положение дел может стать непоправимым».

«Что ж, — заключил понтифик, — полагаю, мы скоро это узнаем, мастер».

Из кабинета мы вышли более-менее однородной толпой. Триумвират хотел удалиться обособленно, но пришлось задержаться из-за перепутавшихся поводков труллов понтифика и мастера-мытаря.

Пока они решали свои нелепые проблемы, позади нас послышался громкий топот. Повернувшись, я увидела закованного в доспехи гиганта — ростом под три с половиной метра и в шлеме без опознавательных знаков — который приближался к госпоже Кайе.

«Мастер гильдии, — глухо пробормотал он из глубин шлема, — я Билагру, главный блюститель Воинствующей Церкви. Я слышал, что вам могут понадобиться мои услуги».

Госпожа Маладона произнесла: «Что ж, глава гильдии, думаю, мы можем выстроить ваш почетный караул вокруг этой потрясающей колонны».

Ни госпожа Кайя, ни гигант не обратили на нее никакого внимания. «Вы боец, собирающий подати для Синдиката?» — спросила госпожа Кайя.

«Именно так, мастер».

«Вы согласны с тем, что подати гильдии будет собирать намного сложнее, если Вековечные под предводительством дракона уничтожат всех должников в Равнике… вместе с семьями этих должников, не говоря уже о каждом члене Синдиката?»

Господин Билагру кивнул и прогудел: «Призраки и духи слишком долго управляли Орзовом. Теперь все забывают, что большую часть средств нам приносят живые. Я предлагаю вам свои услуги, равно как и услуги тех бойцов Синдиката, которых я смогу поднять на борьбу… чтобы защитить инвестиции Орзовов».

«Главный блюститель, мастер вашей гильдии будет вам очень признательна».

«Моя жизнь есть служение гильдии».

Понтифик Моров начал было возражать, но госпожа Кайя резко повернулась к нему: «Конечно, у нас есть другой вариант. Я могу разом снять все вопросы о взыскании податей, банально простив долги».

Понтифик занервничал и моментально сдал назад — причем во всех смыслах, — чуть не запутавшись в поводке трулла. «Нет, мастер. Нет необходимости в столь радикальных решениях».

«Еще до вечера нам придется принять куда более радикальные решения», — возразила она после того, как поводки были распутаны и Триумвират удалился.

Госпожа Кайя повернулась к нам с Тейо: «Пора отправляться».


II.

Когда мы с Тейо и госпожой Кайей вошли в особняк Сената, я ощутила свою невероятную важность, как, впрочем, и убийственное одиночество. Я так хотела отыскать в толпе Гекару, чтобы все это оказалось чудовищной ошибкой и она была бы целой и невредимой.

Но там не было не только ее, никто из Культа Ракдоса не пришел на встречу. Нам сообщили, что лорд Ракдос обвинил мастера Зарека, госпожу Кайю, госпожу Лавинию и госпожу Враску (которые также отсутствовали) в гибели посланницы Гекары и в знак протеста отказался прислать своих представителей.

А так как не пришла госпожа Враска, то не было и никого из Роя Голгари. И еще ходили слухи, что Тупица Домри мертв. Оказывается, он был мироходцем, и его искру забрали Вековечные. (Акамал и близнецы ушли с ним. Интересно, они тоже погибли?) В любом случае, здесь не было никого из клана Груул. Полагаю, поскольку и Голгари, и Груул лишились своих лидеров и никто — а может, претендентов было слишком много — не взял бразды правления в свои руки, то и на встречу призвать их было некому.

Не было, похоже, и представителей Дома Димиров, а Конклав Селезнии отступил за границы своей территории. В общем, половина из десяти гильдий никак не участвовали в решении насущных вопросов.

Слушайте, если только я как Безвратная могла так или иначе назваться послом Груулов, Ракдоса или Селезнии, то у всех нас были большие проблемы. Очевидно, на эти роли я не тянула…

В других гильдиях дела обстояли не лучше.

Глава Сената Азориус, и без того знатный негодяй Довин Баан, подобно госпоже Враске, переметнулся на сторону Боласа. На встрече он даже на своем законном месте не появился. Вместо отрекшегося от своей должности Баана здесь присутствовали госпожа Лавиния и несколько ветеранов Азориуса. Но реальной власти над своей гильдией у них не было. В уставе Сената Баан все еще значился главой гильдии, а устав Азориус уважал.

Что касается Синдиката Орзовов… Да, госпожа Кайя получила почетный караул, о котором она не просила, и, думаю, командир Билагру вывел своих бойцов на битву с Вековечными. В остальном же матриарх Карлов и Триумвират весьма скупо демонстрировали согласие с лидером своей гильдии. Как с сожалением отметил мастер Зарек, Орзовы «скупы во всем, включая верность своему мастеру».

В сухом остатке у нас была только Лига Иззетов (во главе с мастером Зареком и управляющей Мари), Легион Борос (возглавляемый госпожой Аурелией) и Объединение Симиков (под управлением господина Ворела и, теоретически, с полной поддержкой лидера гильдии, Главного Оратора Ваннифар) — вот и вся армия.

Все еще зачем-то выполняя просьбу Гекары, я прислушивалась речам мастера Зарека, когда он спросил управляющую Мари: «Пятьдесят процентов — это ведь слишком мало, как бы сильно мы ни надрывались, да?»

Она мрачно взглянула на него: «Простите, мастер. Но даже девяноста процентов будет недостаточно. В прошлый раз мы пытались оперировать процентами. Если бы Нив-Миззет был жив, нам хватило бы восемь из десяти гильдий». Теперь, когда он мертв…»

Выходит, мастер Нив-Миззет тоже погиб…

Что-то слишком много народу из тех, кого я недавно видела — Гекара, Нив-Миззет, Тупица Домри — вскоре после этого нашли свою смерть. Я решила держаться поближе к Тейо и госпоже Кайе.

«После гибели Огненного Разума все, что нам остается, — это операция "Отчаяние"».

Операция "Отчаяние"?

«И чтобы добиться успеха, — добавила управляющая Мари, — вам понадобится сотрудничество с десятью из десяти гильдий. Со всеми без исключения».

Мастер Зарек кивнул. «Найдите мне альтернативу», — ответил он, и по его виду я бы не сказала, что он верит в успех этой просьбы.

Но управляющая коротко кивнула и покорно удалилась.


III.

Господин Джура и господин Белерен стояли перед покойной госпожой Исперией, основательницей гильдии, теперь украшавшей Зал Сената в качестве статуи.

И я опять подслушивала — не надо мне говорить, что это плохая привычка, я в курсе.

Это еще и полезная привычка, вот что я скажу. А иногда просто необходимая…

Господин Белерен проворчал: «Сфинксы. От них бед еще больше, чем от драконов».

Господин Джура приподнял бровь.

Господин Белерен запоздало и неохотно поправился: «Чем от всех драконов, кроме одного».

«Не знал, что ты недолюбливаешь сфинксов».

«Альхаммаррет. Азор. Исперия. Никогда не встречал сфинкса, который не был бы высокомерной и равнодушной занозой в ж…»

«Эй, эй! Исперия много хорошего сделала для Равники. Честно говоря, если бы Враска не обратила ее в камень, нам сейчас было бы гораздо…»

«Враска заслужила право на месть! — господин Белерен говорил очень тихим шепотом, и мне даже пришлось подойти чуть ближе, но его страсть была очевидна. — Ты ее не знаешь. Ты не знаешь ее прошлого».

«Полагаю, что нет», — несколько удивленно ответил господин Джура.

Мне пришло в голову, что господин Белерен хоть немножко, но влюблен в госпожу Враску. Я обдумала это и решила, что вместе они составили бы очень милую пару.

Господин Джура положил руку на плечо господина Белерена, снимая напряженность момента. Последний, казалось, был готов стряхнуть ее… но лишь глубоко вздохнул и даже слегка улыбнулся.

«Мы должны добраться до него, — сказал господин Джура. — Чем дольше мы торчим здесь, тем больше бед Болас и его армия натворят там. Так что переведи дух. Соберись с мыслями, и давай призовем это собрание к порядку».

Господин Белерен кивнул и уже начал было уходить, но вдруг остановился и произнес: «Ты хороший друг, Гидеон. Не знаю, говорил ли я тебе это когда-нибудь».

Господин Джура усмехнулся. «Я почти уверен, что никогда. Впрочем, и я тебе в таком не признавался. И мне немного стыдно, что в этом ты меня опередил… дружище».

Господин Белерен снова улыбнулся, похожий одновременно на мальчишку и старика. Он был худой, подтянутый, загорелый и однозначно влюбленный. Но на его слегка сутулых плечах лежала тяжесть вторжения Боласа, и возраст проявился на усталом лице.

Проводив его взглядом, господин Джура выпрямился и повернулся, осматривая толпу, где не хватало представителей гильдий, но было достаточно мироходцев, включая его самого, господина Белерена, мастера Зарека, госпожу Кайю, Тейо и многих, многих других, чьих имен я еще не уловила. Один из мироходцев даже привел свою собаку с тремя хвостами и удивительно мягким мехом.

Местный психометрист и умелый вор господин Дак Фейден, чьи успехи в последней дисциплине я тайно изучала последние пару лет, тоже оказался мироходцем, что частично объясняло, почему я несколько раз теряла его след. Он ненавязчиво обхаживал госпожу Рей и расхваливал ее стиль и покрой платья, не отрывая глаз от золотых украшений, рассыпанных по всему ее телу. Она казалась одновременно и польщенной, и настороженной, что было вполне разумно.

Господин Белерен вернулся, кивнул господину Джуре и получил кивок в ответ. Похоже, время пришло. Так что я поспешила обратно к Тейо и госпоже Кайе.

«О чем ты с ними говорила?» — спросил Тейо.

«Я не столько говорила, сколько слушала».

Он улыбнулся: «Ты? Слушала? Серьезно?»

Я ткнула его локтем под ребра. Он выдохнул «Ой!», но улыбка никуда не делась. Очень милая улыбка.

О нет. Не обольщайся, Аретия. Он мироходец. И когда битва закончится, он просто уйдет…

Вместе мы наблюдали, как господин Белерен и господин Джура ступили на кафедру. Господин Белерен магически усилил голос, чтобы перекричать зал: «К порядку, пожалуйста! Нам нужен план».

«И вы, два гениальных стратега, решили, что можете такой придумать?» Этот сочащийся сарказмом грохочущий голос в усилении не нуждался. Он исходил от стоявшего в углу демона-человека, также мироходца. Его называли Об-Никсилис, и большинство предпочитало держаться от него на почтительном расстоянии, за исключением господина Мироходца-Усы-Карандашиком, который ранее приложил невероятные усилия (возможно, с корыстными целями), стараясь подружиться с господином Уродливым-Обом.

Толпа загудела. Человек-демон вроде бы никому не нравился, но было понятно, что многие разделяют его мнение. Срок пребывания господина Белерена на посту гаранта Договора Гильдий был… весьма неопределенным, и его главенство не было общепризнанно жителями Равники. Да и, очевидно, мироходцами тоже.

Господин Джура вышел вперед и заговорил громким низким голосом без всякого усиления: «Каждый успеет высказать свое мнение. Но постоянные насмешки друг над другом ни к чему не приведут. Может, на время подождете с комментариями и немного послушаете

Толпа снова ненадолго взволновалась, но затем воцарилось неловкое молчание, которым и воспользовался господин Белерен: «Перед нами несколько проблем. Пять, если быть точным. Некоторым из вас они известны, но кто-то прибыл совсем недавно и не успел как следует разобраться в происходящем. Позвольте мне прояснить ситуацию».

Он бросил взгляд на мастера Зарека, который только пожал плечами. Тогда господин Белерен продолжил: «Первая. Маяк Иззетов привлекает в Равнику все больше ничего не подозревающих мироходцев, рискующих стать новым источником энергии для мощи Боласа».

Как по заказу, в толпе мигнула бирюзовая вспышка и появился еще один мироходец. Это был немолодой мужчина с такими же бирюзовыми глазами и аккуратно подстриженной белой бородой. Господин Джура наклонился к господину Белерену и что-то прошептал, но я была слишком далеко, чтобы расслышать.

Господин Белерен тяжело вздохнул и продолжил: «Мы должны отключить маяк, который находится под охраной Иззетов и Азориуса в месте, метко названном Башня Маяка. Попасть туда будет нелегко, но основная проблема — это сама машина, созданная с достаточными мерами предосторожности, чтобы Болас не смог ее отключить».

«Шикарно! — фыркнул минотавр-мироходец, появление которого мы наблюдали на площади чуть раньше. — Как же вы, дурачье, обожаете играть прямо в лапах у дракона».

«Как и ты, раз приперся сюда!» — парировала госпожа Уатли через весь зал.

Минотавр снова фыркнул, но ничего не ответил. Я решила, что мне очень нравится госпожа Уатли.

Господин Белерен снова заговорил: «Вторая проблема. Бессмертное Солнце. Как только маяк призывает мироходцев в Равнику, Солнце задерживает их здесь. В общем, как и маяк, Солнце надо отключить. Оно неподалеку отсюда — в одной из башен Нового Права — под защитой нового главы гильдии Азориус Довина Баана, который, как мы узнали, стал пешкой в лапах Никола Боласа».

«Третье, — продолжил он. — Межмировой Мост из Амонхета, который обеспечивает бесконечной армии Вековечных проход в Равнику, где они убивают мироходцев, привлеченных маяком и удерживаемых Солнцем. Мы должны разрушить его, и сделать это можно только из Амонхета».

Госпожа Самут выкрикнула: «Но как? Я пыталась вернуться в Амонхет, но Бессмертное Солнце…»

Господин Белерен поднял руку: «Я знаю. И мы не можем ждать решения второй проблемы. Так что мы воспользуемся самим порталом… и через него отправимся в Амонхет».

Госпожа Баллард усмехнулась: «А в это время Вековечные будут шагать оттуда нам навстречу? По-моему, прекрасный план самоубийства».

Господин Белерен улыбнулся: «Мы можем предпринять некоторые меры и превратить его хотя бы в посредственный план».

«Я в деле», — ответила госпожа Самут.

Наградой ей была еще одна улыбка господина Белерена. Но потом он повернулся к господину Джуре, и улыбка исчезла, а когда заговорил снова, это выглядело так, словно следующий пункт касается исключительно господина Джуры, и господин Белерен готов принять его вызов. «Проблема четвертая. Лилиана Весс. Судя по всему, это она управляет Вековечными Боласа».

Ага. Госпожу Черноволосую зовут Лилиана Весс. Будем знать.

«Мы должны остановить ее. Раз и навсегда».

Господин Джура промолчал.

Господин Белерен облегченно вздохнул. Магически усиленные связки делали каждый производимый им звук забавно громким. «Наконец, проблема пятая. Сам Болас. Впрочем, если мы не сможем решить первые четыре, пятую решить будет невозможно».

И снова толпа загудела, и в ее гуле сквозила безнадежность.

Господин Джура вышел вперед: «Есть и шестая проблема. Мы несем ответственность за обычных жителей Равники, поскольку им бы ничего не угрожало, если бы не желание Боласа заполучить искры мироходцев».

Господин Белерен положил руку ему на плечо: «Все так. Шесть проблем».

«Семь, — это был мастер Зарек. — Мы должны повторно заключить Договор Гильдий, объединив в нем все десять. Без договора об объединении всех гильдий мы бессильны в схватке с драконом».

«Вы это уже пробовали! — выкрикнул господин Ворел, указывая на останки госпожи Исперии. — Вот результат. Исперия мертва, а вы — в момент величайшего кризиса в истории Равники — не смогли даже просто собрать в одном месте представителей всех гильдий. С чего вы решили, что сейчас сможете заключить новый договор?»

По толпе вновь пронесся гул, грозящий перерасти в рев, но теперь уже мастер Зарек магически усилил свои голосовые связки. Когда он заговорил, его голос над толпой гудел и потрескивал: «Честно признаться, я не уверен, что мы сможем. Но мы должны попытаться. Огненный Разум оставил нам свою последнюю уловку. Она немного безрассудная…»

«Безрассуднее его прошлой уловки?» — недоверчиво спросил господин Ворел.

«О да, — признал мастер Зарек. — Но, возможно, это наш единственный шанс».

«Хорошо, — сказал господин Белерен, прежде чем толпа успела распасться на спорящие группки. — Семь целей — или шесть, если мы временно отложим проблему Боласа. Я предлагаю разделить наши общие силы для выполнения задуманного».

И толпа снова зашумела. На сей раз с меньшим энтузиазмом. Один авен-мироходец, имени которого я не знала, спросил: «А если мы сдадимся? Положимся на милость Боласа?»

Господин Фейден повернулся к авену и ответил: «Вряд ли Боласу присуще милосердие. Вы, возможно, не видели, как Домри Рейд попытался переметнуться на сторону дракона. Он стал первым поглощенным мироходцем».

Черноволосая зеленоглазая женщина предложила: «Тогда давайте прятаться. Когда-нибудь Боласу это надоест, и он сам уйдет в другой мир. Он заставит Баана отключить Бессмертное Солнце, и мы все сможем сбежать».

Господин Ворел, зверея буквально на глазах, закричал: «Таково ваше решение? Спрятаться и отдать Равнику на растерзание Вековечным и дракону? Вы, мироходцы… это из-за вас он здесь! Из-за вас Равника в опасности! — Он повернулся к авену. — Но твое предложение мне нравится. Сдаться — или принудительно капитулировать, если угодно, — для таких, как ты, равносильно идее добровольно накормить Боласа. Насытившись, он оставит Равнику в покое».

«Болас никогда не насытится…» — горько произнес еще один голос. И, конечно, это был очередной мироходец. Женщина с длинным боевым луком.

Госпожа Самут согласилась с ней, выразив не меньшее огорчение: «Это чистая правда».

«Прекрасно, — произнес господин Вортел. — Но позвольте мне кое-что прояснить. Если вы, мироходцы, поджимаете хвосты, когда вся Равника находится на краю гибели, не ищите поддержки или помощи у ее жителей и гильдий».

Внезапно господин Джура повернулся к господину Белерену и выдал: «Возможно, нам и вправду стоит сдаться».

Господину Белерену все это уже порядком надоело. В душе я ему очень сочувствовала.

Госпожа Самут выступила вперед. «Гидеон Джура, это очень благородно с вашей стороны — решиться принести такую жертву. Но не забывайте о судьбе Амонхета». Она повернулась к толпе: «Болас полностью опустошил мой мир, после чего покинул его. Даже сейчас горстка выживших пытается совладать с чудовищами, которых Болас оставил, чтобы окончательно нас добить. Болас не бросит Равнику».

«Болас. Никогда. Не насытится, — повторила госпожа Длинный Лук. — Он почти уничтожил мой мир, Скаллу. Дракон должен умереть».

За этим выступлением последовали крики «Да!», а за ними — менее одобрительные и менее вежливые. Единения в толпе не наблюдалось.

Госпожа Лавиния подытожила: «Одно можно сказать наверняка. Если мы грыземся между собой, то против Боласа у нас шансов нет».

Госпожа Аурелия закричала: «Слушайте! Слушайте! Равнику не должна постигнуть судьба Амонхета и Скаллы!»

Я заметила, как господин Златогривый подал руку господину Джуре, и тот спустился с кафедры. Господин Златогривый сказал: «Помните свою клятву. Клятву Стражей. Капитуляция — это не решение, друзья мои. Лучница права, и вы это знаете. Такое существо, как Болас, никогда не насытится и никогда не проявит милосердие. Для него такие вещи — это проявление слабости, а любая попытка пробудить в нем слабость лишь усилит его аппетиты».

Господин Джура взглянул на него и кивнул. Затем он прошел в самую середину толпы, мимо мироходцев и простых членов гильдий. Он заговорил, и все мы обратились в слух: «Теперь, когда вы все знаете о нашем существовании, мы в свою очередь понимаем вашу уверенность в том, что талант мироходца путешествовать между мирами — это бессрочный билет на побег из битвы. Но мы, Стражи, поклялись стоять до конца. Мы имели честь сделать этот выбор, считая, что он положительно повлияет на нас. И теперь мы стоим среди вас, выбрав свою судьбу. И перед нами новый вопрос: стоит ли бороться?»

Он обнажил свой черный клинок, чей полет из ножен сопровождал густой сноп искр: «Это Черный Меч. Один дракон на его счету уже есть, придет черед и Боласа. С таким оружием я клянусь отбить этот мир у захватчиков! Кто со мной?»

Речь господина Джуры воодушевила всю толпу — ну, или почти всю. Вокруг него начал собираться народ. Господин Златогривый положил руку ему на плечо, и этот простой жест сработал подобно спусковому крючку. Руки мироходцев — наравне с руками жителей Равники — потянулись к нему со всех сторон. Те же, кто стоял далеко, вроде нас с Тейо и госпожой Кайей, старались коснуться тех, кто коснулся его: мы будто черпали силу в его непоколебимой уверенности.

Это было круто. На пару секунд все мы прочувствовали момент истины.

Ну разве что за исключением господина Фейдена, который подкрался к госпоже Киоре сзади, чтобы ощутить чистое, ничем не замутненное прикосновение ее двузубца к своему психометрическому каналу, и теперь выглядел так, словно жалел сразу о всех своих решениях, принятых на жизненном пути.

Я все еще хихикала над этим казусом, когда маленький гоблин иззетов вышел на балкон и оповестил нас: «Мастера! Один из Вечных Богов на подходе — с небольшой армией неподыхающих страшил! У вас есть примерно одиннадцать с половиной минут, прежде чем они окажутся здесь!»

Господин Белерен вскричал: «Шесть испытаний! Шесть задач! Нам нужны добровольцы! Срочно!»

Госпожа Кайя рванулась было вперед, но мастер Зарек перехватил ее: «Мне нужна ваша помощь с задачей номер семь».

«Простите, — ответила она, — я сбилась со счета. Седьмая — это какая?»

«Операция "Отчаяние"».


Война Искры Архив рассказов
Planeswalker: Златогривый Аджани
Planeswalker: Анграт
Planeswalker: Дак Фейден
Planeswalker: Гидеон Джура
Planeswalker: Уатли
Planeswalker: Джейс Белерен
Planeswalker: Цзян Янгу
Planeswalker: Кайя
Planeswalker: Киора
Planeswalker: Об-Никсилис
Planeswalker: Рал Зарек
Planeswalker: Сахили Рей
Planeswalker: Самут
Planeswalker: Тейо Верада
Planeswalker: Вивьен Рейд

Latest Magic Story Articles

MAGIC STORY

13 Июнь 2019

Война Искры: Равника — Пепел by, Greg Weisman

Хотите больше историй из мира Magic? Зарегистрируйтесь и узнайте предысторию событий из 20 бесплатных рассказов от Джанго Векслера в рассылке от Del Rey! Предыдущий рассказ: Операция «Отч...

Learn More

MAGIC STORY

4 Июнь 2019

Война Искры: Равника — Операция «Отчаяние» by, Greg Weisman

Предыдущий рассказ: Отчаянные переговорщики История содержит спойлеры на роман «Война Искры»: Равника Грега Вайсмана. Родители, пожалуйста, имейте в виду, что этот рассказ может быть не...

Learn More

Статьи

Статьи

Magic Story Archive

Хотите узнать больше? Исследуйте архив и погрузитесь в тысячи статей по Magic ваших любимых авторов.

See All

Мы используем файлы «cookie» на данном сайте с целью персонализации материалов и рекламных объявлений, предоставления сервисов социальных сетей и анализа веб-трафика. Нажимая «ДА», вы соглашаетесь с нашим использованием файлов «cookie». (Learn more about cookies)

No, I want to find out more