Война Искры: Равника — Отчаянные переговорщики

Posted in Magic Story on 29 Май 2019

By Greg Weisman

Greg Weisman is best known as the creator and producer of Gargoyles, and the writer-producer of Young Justice, Star Wars Rebels, and The Spectacular Spider-Man. He's the author of five novels: Rain of the Ghosts, Spirits of Ash and Foam, World of Warcraft: Traveler, World of Warcraft: Traveler - The Spiral Path, and War of the Spark: Ravnica.

Предыдущий рассказ: Вынужденный союз

Родители, пожалуйста, имейте в виду, что этот рассказ может быть неподходящим для юных читателей.

I.

Похоже, задание привлечь Сенат Азориус — с его главой-другом-злобного-дракона Довином Бааном — и наладить контакт с Домом Димиров — во главе с таинственным меняющим форму мастером Лазавом — поручили другим добровольцам.

Но мастер Зарек и господин Белерен поставили перед госпожой Кайей задачу привлечь четыре других весьма своенравных гильдии — Рой Голгари, Культ Ракдоса, Кланы Груул и Конклав Селезнии — для участия в операции «Отчаяние».

Что бы это ни значило

Они были уверены, что, поскольку Равника - не ее родной мир, ей понадобится меньше усилий, чтобы провернуть это дело и не вызвать столько подозрений, сколько бы вызвал сам господин Зарек. А как мастер гильдии она будет обладать достаточным авторитетом и уважением, чтобы командовать представителями каждой гильдии — ну или хотя бы сможет привлечь их внимание.

Я видела, что госпожа Кайя не лучилась оптимизмом, явно сомневаясь в своих шансах на успех. Я наклонилась к ней и прошептала: «Я могу помочь вам с Груулом, Селезнией и…» Я хотела сказать «с Ракдосом», но одернула себя. Со смертью Гекары у меня исчезла и связь с Культом. Я неловко закончила: «Да, с Груулом и Селезнией».

Нашей первой целью должен была стать Конклав Селезнии, который, как считала госпожа Кайя, уговорить было намного легче, чем оставшиеся три гильдии. Конечно, мы с Тейо сопровождали ее.

Я говорю «конечно». И очень странно, что делаю это уже не задумываясь. Мы стали ее преданной свитой всего-то несколько часов назад.

Также с нами отправилась госпожа Нисса Ревейн, которая, как надеялся господин Белерен, могла найти общий язык с госпожой Эммарой Тандрис, эльфийской поборницей и действующим мастером гильдии Селезнии.

К сожалению, получить аудиенцию у госпожи Эммары оказалось затруднительно. Для начала нам пришлось спасаться от кучи страшил во главе с Богом-Страшилой Ронасом, которые за какие-то несколько минут почти разнесли до отказа забитый особняк Сената и одним махом уничтожили большую часть противников Боласа.

Но временами и от меня бывает польза. Как я уже говорила госпоже Кайе, я знаю большинство тайных путей через Равнику, поэтому смогла провести нашу четверку по таким проходам, улочкам и закоулкам, о которых и знать не могли захватчики из Амонхета.

Госпожу Ревейн, которая обычно была скупа на слова, а точнее, нема как рыба, похоже, весьма впечатлила скорость нашего путешествия — так, что она даже соизволила кое-что сказать. «Вы хорошо знаете город», — похвалила она госпожу Кайю, которая буквально дышала мне в спину. Думаю, госпожа Кайя решила, что госпожа Ревейн обращается ко мне, так что не удостоила ее ответом. У меня же были свои причины, чтобы промолчать.

Мы наткнулись на одинокий отряд Вековечных, рыщущий в поисках новых жертв, и обойти его было невозможно. Тейо поднял щит перед госпожой Ревейн, и та обратилась к старой березе, которая мгновенно выбросила кучу побегов, проткнув все лазотеповые черепа, а затем втянула их обратно. Атака была настолько стремительной, что страшилы начали валиться на землю только через пару секунд — на этот раз уже по-настоящему мертвые.

Хорошо защищенный Конклав оказался нетронут. И крайне неприветлив. Путь нам преградила длинная шеренга ледевских стражниц и стрелков Селезнии. Нам отказали в проходе даже с дипломатической миссией. В частности, госпожа Ревейн была для них чуть ли не главным врагом, потому что пробудила Виту-Гази и переместила его, в результате чего город-дерево расчленили и почти полностью уничтожили.

Ага, значит, вот как Виту-Гази добралось до Площади Десятого Округа! А госпожа Ревейн круче, чем выглядит. Хотя, как по мне, и выглядит очень круто.

Я решила, что тоже пора начинать делать что-то крутое — ну или хотя бы наполовину крутое, — если я хочу оправдать то хвастливое обещание, которое дала чуть раньше. Я обогнула ледевскую шеренгу и прошмыгнула внутрь между двумя невнимательными стражницами. Мне не нужно было бежать слишком далеко.

Он уже шел сюда: мой крестный, хранитель моей Клятвы Жизни, селезнийский копьеносец Боруво. Когда-то кентавр был груулом и дружил с моими родителями, но лет десять назад обнаружил связь с Селезнией и сменил гильдию. Из-за этого у него случился раскол — надеюсь, временный — с моим народом, но для меня его поступок был настоящим благом. Копьеносец Боруво постоянно склонял меня присоединиться к Селезнии. Он ясно дал понять, что не верит в мое груульское призвание. (Что тоже не укрепило его отношений с моими родителями — Ари и Ганом Шоктой.) Я оставалась Безвратной, но мы с ним очень сблизились. (Что также сказалось на его отношениях с моим отцом.) Теперь мне нужна была его помощь, и я закричала: «Крестный!»

Он обернулся, и его суровая гримаса (обычная для груулов) буквально засветилась счастьем! «Крестница! — пророкотал он. — Тебе не стоит выходить из дома. Опасные времена настали».

«Думаю, сейчас я в максимальной безопасности. В отличие от остальных».

«Да, с этим не поспоришь».

«Окажи мне услугу, крестный».

«Все что угодно, дитя».

«Пожалуйста, пойдем со мной — поприветствуем нового главу гильдии Орзовов».

Он тяжело вздохнул.

«Она мой друг, крестный».

Заинтригованный. он приподнял бровь. «Хмм… Забирайся», — произнес кентавр.

«Ты серьезно?»

Он не ответил, но наклонился и посадил меня на спину — прямо как в детстве. И как тогда, в детстве, я радостно захихикала. Он устремился к шеренге воинов.

Я услышала, как Тейо говорит: «Где Аретия?»

Госпожа Ревейн спросила: «Кто?»

Пока не начался хаос, я крикнула: «Здесь!»

Тейо и госпожа Кайя обернулись и увидели меня верхом на кентавре прямо позади ледевских стражниц. Госпожа Кайя была потрясена. Стражницы расступились, освобождая проход кентавру, и склонили головы.

Я сказала: «Госпожа Кайя, Тейо Верада и госпожа Ревейн, позвольте представить вам моего крестного, копьеносца Боруво».

Кентавр поочередно поклонился госпоже Кайе и Тео, но, похоже, решил не удостоить поклоном эльфийку, которая молча наблюдала за всем этим действом и явно чувствовала себя неуютно.

Тогда я затараторила: «Боруво состоял в клане Груул до того, как присоединился к Селезнии. Он хороший друг моих родителей. И они попросили его стать моим крестным. Ну, в смысле, он был очевидным кандидатом, в общем-то единственным, если подумать. Мне кажется, отец всегда немного завидовал нашим отношениям с Боруво. Не то чтобы поэтому Боруво покинул клан. Он нашел свое призвание, понимаете. Он считает, что у меня оно тоже есть, и хочет, чтобы я оставила Груул и присоединилась к Селезнии. И иногда я думаю, что это верный путь. Но когда дело доходит до… я не могу решиться, понимаете…»

Копьеносец Боруво откашлялся и прервал меня: «Крестница».

«Я опять много болтаю, да?»

«Я все понимаю. Но, кажется, у нас есть важное дело». Он повернулся к госпоже Кайе и Тейо и произнес: «Любой, у кого достаточно хороший вкус, чтобы заметить нашу Аретию, заслуживает шанса быть выслушанным».

И снова госпожа Ревейн наклонилась к госпоже Кайе и прошептала: «Кто это — Аретия?»

Госпожа Кайя уже хотела сказать ей, что Аретия — это же я, Крыса. Но я улыбнулась и покачала головой, и госпожа Кайя с любопытством взглянула на госпожу Ревейн. Та смотрела прямо на меня… и сквозь меня, как будто и не было перед ней никакой Крысы.

А потом —бах! — до госпожи Кайи наконец дошло. Она вдруг поняла, что я просто была невидима для госпожи Ревейн. Я буквально видела, как в голове госпожи Кайи проносятся воспоминания. (К тому же я могла немного проследить ход ее мыслей.) Она вспомнила, как мастер Зарек отреагировал — или, скорее, не отреагировал на меня — и то, как все услышали только имя Тейо, когда он представил нас обоих. Она начала понимать, что я как будто невидима для всех, за исключением Тейо, Боруво и ее самой. Невидима даже для собственного отца.

Я сказала: «На самом деле это не невидимость. Я объясню позже».

Это было еще одно своего рода предупреждение. Теперь госпожа Кайя начала подозревать, что я немного экстрасенс, что по сути было правдой. Она еще не была уверена до конца. Она привыкла к магам разума, таким как господин Белерен со своими громогласными ментальными указаниями и реалистичными психоиллюзиями, и сейчас раздумывала — не провела ли я госпожу Ревейн с помощью тех же самых иллюзий.

Что, конечно же, было полной ерундой. Я бы так никогда не сделала!

«Отошлите эльфийку, — произнес Боруво, мгновенно переключив на себя все внимание госпожи Кайи. Он смотрел на госпожу Ревейн с нескрываемым презрением. — Отошлите ее, и я провожу вас к госпоже Эммаре Тандрис».

Госпожа Кайя приготовилась возражать. В конце концов, госпожа Ревейн должна была стать нашим секретным оружием в борьбе за расположение госпожи Эммары.

Но госпожа Ревейн уже удалялась с явным облегчением. Она сказала: «Я никогда не блистала в переговорах. Вы вдвоем идите с кентавром. Я присоединюсь к Гидеону».

Через несколько секунд ее уже не было.

Я наклонилась вперед и прошептала: «Это было очень грубо, крестный».

«Дитя»

«Очень грубо».

Он буркнул: «Ну прошу прощения».

«Хорошо, прощаю», — удовлетворенно ответила я.

Он пробурчал еще что-то неразборчивое. Но не смог удержаться и от легкой улыбки.

Знаете, нечасто мне удается заполучить власть над кучей народа. Так что при случае я ей злоупотребляю. Разве можно меня в этом винить?


II.

Мы углублялись во владения Селезнии, и я видела, как глаза Тейо распахиваются все шире и шире. Вряд ли он видел что-то подобное в своем пустынном мире. В этом Гобахане. Буквально все в Равнике поражало его, и это было восхитительно.

Наверное, все мы воспринимаем свои миры как что-то обыденное, пока не увидим их чужими глазами. Возможно, поэтому я все еще остаюсь Безвратной. Когда я вижу Селезнию глазами своего крестного, или Груул глазами матери, или когда вижу — видела — Ракдос глазами Гекары, это всегда выглядит — выглядело — чем-то новым, роскошным и удивительным.

Как бы то ни было, я все еще ехала на спине копьеносца Боруво, а он сопровождал госпожу Кайю и Тейо на встречу с госпожой Эммарой. Коридоры из мерцающего мрамора были заполнены лучниками и солдатами в необычных доспехах, напоминающих по форме листья и стебли. Многие были эльфами. Все они чуть склоняли головы, признавая своего копьеносца. И все они смотрели на госпожу Кайю и Тейо с легкой угрозой. И, конечно, никто из них даже не взглянул на меня. Мы прошли через арку, которую охраняли два огромных локсодона с секирами. И снова глаза Тейо чуть не вылезли из орбит.

Думаю, в Гобахане не было локсодонов.

Локсодоны также поклонились своему копьеносцу, внимательно рассмотрели госпожу Кайю и Тейо и не обратили никакого внимания на Крысу.

Похоже, Тейо только-только начал что-то подозревать, когда госпожа Кайя заметила выражение его лица и прошептала: «Только кентавр, ты и я видим Крысу. Для всех остальных она почему-то невидима. Даже для собственного отца».

Уловить чувства Тейо было несложно: «Это какая-то бессмыслица, но в то же время она все объясняет!»

Теперь он уставился на меня, так что я ухмыльнулась, соскользнула со спины крестного и вклинилась между парочки своих новых друзей. Мне казалось, они заслуживают лучшего объяснения: «Я не невидима. Я незначительная. Крыса. Маленькая крыса. Ты видишь ее и отводишь взгляд. Делаешь вид, что не заметил ее. Стараешься забыть о ней и действительно забываешь. Твой разум отвергает ее присутствие».

«Ты не незначительная», — возразила госпожа Кайя.

«Это мило с вашей стороны, госпожа Кайя, но именно такая я и есть».

«Это магия», — вынес вердикт Тейо.

«Вероятно, — я пожала плечами и улыбнулась. Хотя, возможно, улыбка была чуточку неискренней. — Магия, с которой я родилась. Немногие могут видеть меня, если не знают, что я рядом, и специально не концентрируются. У отца неплохо получается, но он должен знать, что я поблизости. До сегодняшнего дня только трое могли всегда видеть меня: мама, Боруво и Гекара».

Госпожа Кайя кивнула. «Вот почему ты расстроилась, когда узнала, что Гекара мертва».

Я выразительно покачала головой. «Нет. Ну, возможно, отчасти. В основном я расстроилась из-за того, что Гекара была дьявольски крутой и невероятно классной. Но да, думаю, это было больно — узнать, что еще одним человеком, который тебя замечает, стало меньше. Конечно, потом я встретила вас двоих».

Они взяли меня за руки и ободряюще пожали.

В этот момент мы повернули за угол и столкнулись с госпожой Эммарой Тандрис, стоящей перед дриадой Тростани, дремлющей главой Селезнии, с ее тремя симбиотическими личностями, растущими из одного ствола. Ее центральная фигура — госпожа Цим — спала. Оставшиеся две отвернулись друг от друга. Левая — госпожа Оба — рыдала горючими слезами. Правая — госпожа Сес — в гневе скрестила руки на груди.

Копьеносец Боруво низко поклонился. Это было то еще зрелище, учитывая, что он кентавр. Он произнес: «Госпожа Тандрис, вы знаете госпожу Кайю, главу Синдиката Орзовов. С ней ее компаньон Тейо Верада и моя крестная дочь, Аретия Шокта, пока Безвратная».

Госпожа Эммара прищурилась, осматривая залу в поисках меня. «Аретия здесь?» — спросила она

Я с улыбкой помахала. «Я здесь, госпожа!»

Госпожа Эммара дважды моргнула и попросила: «Еще раз, пожалуйста».

«Я здесь, прямо между Тейо и госпожой Кайей».

Боруво тоже попытался помочь. «Она между ними, госпожа».

«Ах, да! — госпожа Эммара вдруг удовлетворенно улыбнулась. — О, дитя, это оказалось непросто. Такое удовольствие видеть твое лицо и слышать твой голос».

«Это потому что каждый раз как первый. Поверьте, госпожа, если вы будете лицезреть меня каждый день, быстро устанете и от того, и от другого».

«Честно говоря, я в этом сомневаюсь».

Я снова пожала плечами: «Я могу доказать это, госпожа, примерно за пять минут разговора, но мы здесь по другому делу»

Улыбка исчезла с ее лица; тяжело вздохнув, госпожа Эммара перевела взгляд на госпожу Кайю. «Мне известно, зачем вы здесь».

«Пожалуйста, Эммара, — заговорила Кайя. — Мы должны объединить гильдии. Нив передал Ралу план по спасению Равники, но чтобы он сработал, нам потребуется сотрудничество всех десяти гильдий».

«И этот план может не сработать, даже если все десять гильдий станут сотрудничать, верно?»

Госпожа Кайя не ответила, но ее молчание было достаточно красноречиво.

«Мастер гильдии Кайя, мы обе знаем, как Рал Зарек и Нив-Мизет обожали свои планы, стратегии и чертежи. Пока что каждая из их задумок была настоящей катастрофой для гильдий, для Равники и в особенности для Селезнии».

«Но на этот раз…»

«Иззеты всегда давали названия своим проектам. Для них нет ничего реального, пока они не дадут этому имя и определение, пока не установят рамки. Вот почему у нас так мало общего. Как Рал называет свой план?»

Госпожа Кайя колебалась и выглядела почти смущенной. Но затем приосанилась и громко произнесла: «Операция "Отчаяние"».

По лицу госпожи Эммары скользнула тень усмешки. Она улыбнулась и покачала головой — так обычно делала моя мама, когда я творила что-то особенно глупое.

Но госпожа Кайя, похоже, ожидала такой реакции. «Я знаю, как это звучит, но отчаянные времена требуют отчаянных мер. Мироходцы и гильдии должны объединиться, чтобы сокрушить Боласа».

«Не могу не согласиться, Кайя».

«Что ж, тогда…»

Госпожа Эммара вновь перебила ее. Я к этому уже привыкла. Она умела так прерывать собеседника, что это не выглядело грубостью. Она будто скользила — ее голос вплетался в голос госпожи Кайи, и слова вырастали между ее словами, словно травинки между камнями брусчатки. Она сказала: «Прости, но мало кто в Селезнии поддерживает объединение. Все было плохо еще до потери Виту-Гази. Но сейчас»

Когда она замолчала, я уже направлялась к крестному. Он наклонился ко мне, и я зашептала ему на ухо.

Выпрямившись, копьеносец откашлялся и заговорил: «Госпожа, Виту-Гази уничтожили твари Боласа».

«Да, — поддержала его госпожа Кайя, — именно они. И это не первый мир, где Болас сеет хаос. Мироходцы — Вивьен Рейд из Скаллы и Самут из Амонхета — рассказали, что Болас полностью разрушил их миры. Скалла уничтожена бесповоротно. А немногие выжившие из Амонхета пытаются… уцелеть, пока чудовища Боласа продолжают рушить то, что осталось от их дома. Откровенно говоря, я подозреваю, что и неприятности в моем мире также могут быть также работой Боласа. Не ошибись, Эммара. Дракон уничтожит всю Равнику — если не всю Мультивселенную».

Неожиданно госпожа Ким проснулась, завывая.

Ее сестры повернулись к ней, то же сделали госпожа Эммара — с возгласом удивления — и Боруво — с низким поклоном.

Тейо выглядел растерянным, поэтому я пододвинулась к нему поближе, чтобы объяснить: «Это дриада Тростани, настоящая глава гильдии Селезния, голос ее отцов ну, понимаешь, основатель, Мать-Селезния. Госпожа Цим, в середине, — дриада Гармонии. Она спала и была безмолвна несколько месяцев. А теперь пробудилась».

«Ага, — ответил Тейо без тени намека на сарказм, — последнюю часть я уже понял».

«Дриада слева — это госпожа Оба, дриада Жизни. Справа — госпожа Сес, дриада Порядка. Без госпожи Цим у них были разногласия, и они не могли принять решение за свою гильдию. Госпожа Тандрис пыталась сплотить Селезнию, пока Тростани э-э-э… отсутствовала».

Вой госпожи Цим стал громче, достиг апогея и сошел на нет. Все ждали, затаив дыхание. Наконец она заговорила — ну, или было похоже, что она говорит — ее слова кружились в наших сознаниях, словно ветер, играющий листвой на ветвях деревьев.

Я слышала песню, летящую по ветру, сёстры. Дриада Гармонии повернулась к дриаде Порядка: Сес, Порядок Боласа — это Порядок Могилы. Ты боролась с сестрой, но она все еще твоя сестра. Это и правда твое истинное желание — увидеть ее гибель? Увидеть гибель всей Жизни?

С тем же воодушевлением к госпоже Сес обратилась и госпожа Оба. Существует великий Порядок Жизни. Разве этого недостаточно?

Госпожа Сес какое-то время молчала. Она отвернулась от сестер. Взглянула на небо. Вид у нее был определенно безрадостный.

В итоге госпожа Сес согласилась, кивнув: Тростани снова в Гармонии. Мать-Селезния желает, чтобы Конклав присоединился к другим гильдиям в борьбе с Николом Боласом.

Что ж. Одна есть. Осталось три.


III.

«Что-то изменилось», — сказал Тейо.

«Да, — согласилась госпожа Кайя, — я тоже это чувствую. Похоже, Ралу удалось отключить маяк».

«Путь мироходцам все еще открыт?» — спросила я.

«Да, но заманить их сюда уже не получится. Больше нет зова, на который они шли».

«И это хорошо?»

«Думаю, да. Нас достаточно, чтобы убить дракона. Ну или хотя бы погибнуть, пытаясь это сделать».

Я хлопнула госпожу Кайю по плечу: «Да вы настоящий оптимист!»

Не знаю, о чем я думала! Нельзя хлопать по плечу мастера гильдии!

«Ох…»

Обуреваемая мучительным стыдом, и я поспешила вперед, призывая спутников: «Сюда!»

Кайя шикнула на меня.

Не знаю, что на меня нашло, но я остановилась, повернулась к ней и закатила глаза. «Никто больше меня не слышит. Никто не хочет меня слышать. И вообще, мы почти добрались до Скарга. Когда мы окажемся там, позвольте мне говорить».

«Я думал, они тебя не слышат», — сказал Тейо. И растерялся, испугавшись, что заденет мои чувства.

Он такой милый!

В любом случае, когда у тебя есть собеседники, становится как-то легче. Я становлюсь немного легкомысленной, понимаете… все эти хлопки по плечу и закатывание глаз… Я ответила: «Большинство не слышит». Но моя мама, Ари Шокта, слышит. И отец тоже может, если сосредоточится. Как и Борборигмос. Он считает меня очаровательной, и это правда. Я очаровательная Крыса!» Я рассмеялась, и эхо понеслось между извилистых стен тоннеля. Я была весьма легкомысленной. Ну в смысле, я к себе привыкла. Мне пришлось привыкнуть к себе, потому что все, что у меня есть, — это я. Каждый день, каждый час и каждую минуту, понимаете? И то, что госпожа Кайя и Тейо слышали мой смех и его эхо, само по себе было магией. По-моему, еще никто из тех, кто мог меня видеть, не проводил со мной столько времени — ну если не считать маму в детстве. Даже Гекара никогда не была со мной целый день.

Тейо уставился на меня. Думаю, я слегка покраснела, потому что и он покраснел, наверное, от стыда за меня.

Я попыталась сделать вид, что ничего не случилось и продолжила путь. Мы пробирались по канализационным тоннелям, как…как крысы! Ха! Здесь было темно, сыро и тесно. Тейо, дитя пустыни, истекал потом. И мне было жаль его. Наконец мы добрались до конца длинного кирпичного тоннеля. Я опустилась на колени перед железной дверью и быстро открыла замок.

Достаточно быстро, чтобы впечатлить госпожу Кайю, которая сказала: «А у тебя отлично получается. Лучше, чем у меня, а я в этом деле вроде как эксперт».

И я снова закатила глаза!

Да что со мной такое?!

«Ерунда, — ответила я, пожалуй, слишком высокомерно. — Я этому научилась в шесть лет. Когда никто не знает о твоем существовании, тебе никто не открывает». Я распахнула дверь и сразу услышала знакомые родные звуки: гневные возгласы и бряцанье оружия.

Я бросилась вперед по очередному тоннелю, и госпожа Кайя с Тейо изо всех сил старались не отставать.

Вскоре тоннель закончился, и нам открылся Скарг, Земля Объединения — огромная подземная площадка, останки гигантского древнего дворца. Я мгновенно оценила ситуацию и поняла, что мне нужна помощь. Ган Шокта сражался с циклопом Борборигмосом, а тридцать или сорок воинов-груулов наблюдали за поединком. В нас полетело сразу несколько топоров. Один из них чуть не снял с меня скальп.

Хорошо, что я невысокая. Даже приседать не пришлось.

Тейо инстинктивно поднял щит, и другой топор срикошетил от него. Госпожа Кайя приняла бесплотную форму, и третий топор пролетел сквозь нее, воткнувшись в стену позади нас на добрые пять сантиметров. Убедившись, что мои новые друзья могут хоть как-то позаботиться о себе, я отправилась домой.


IV.

«Ари!» — закричала я.

«Прошу, Аретия, не надо так орать!»

«Я думала, воины Груул должны орать!»

«Только в бою. Не на своих матерей», — ответила она и отвесила мне хороший шлепок. А потом крепко обняла. У моей мамы были по-настоящему медвежьи объятия, но мне это нравилось. «Тебя долго не было, девочка. Веришь или нет — я скучала».

«Не верю!» — буркнула я и рассмеялась.

Она снова шлепнула меня.

«Нам надо идти, — сказала я — Ган Шокта и Борборигмос убивают друг друга».

Она изобразила зевок. «Опять?»

«Да, но сегодня они должны выслушать моих новых друзей».

«У тебя новые друзья, детка?» — с надеждой спросила она.

«Да. Двое. Но Ари Гекара мертва».

«Знаю, Аретия. Я слышала. Мне очень жаль. Она могла убивать с лучшими из них. И она была тебе хорошим другом. Достойным другом».

Мы немного помолчали.

Потом я схватила ее за руку и потащила: «Пойдем, мама!»


V.

Мы приближались к Скаргу, и я слышала гневные крики отца, эхом разносящиеся по тоннелям: "Борборигмос почти готов уничтожить тебя здесь и сейчас, Убийца-призрак! Он считает вас виновными в своем поражении — тебя и Мага Бури».

«Я понимаю, — осторожно ответила госпожа Кайя. И подчеркнуто добавила: — С другой стороны, мы с Тейо спасли тебе жизнь. И кроме всего прочего, мы друзья твоей…»

Прежде чем госпожа Кайя назвала мое имя, Ган Шокта рявкнул: «Не нужно напоминать мне о моемкратковременном замешательстве. Я у тебя в долгу. И я знаю это. Но даже не воображай, что я рад тебя здесь видеть больше, чем циклоп. Поверь, ты не могла выбрать худшее время для своего визита».

«Наше желание быть здесь не сильнее твоего желания нас принимать. Но выбора нет, Ган Шокта. Выбора нет, Борборигмос. Нам нужен клан Груул, чтобы…»

К этому моменту мы уже были в зале, и Ари обратилась к отцу; в ее голосе смешались восторг и тревога: «Она здесь, Ган!»

Ган Шокта обернулся: «Здесь? Где?»

Ари сделала шаг вперед, обхватив меня руками. Мама значительно выше и сильнее меня. Так что ее личность обычно подавляет мою и без медвежьих объятий. Кроме того, она была вооружена до зубов мечом, топором и двумя длинными кинжалами, а железная цепь, которой она подпоясалась, впилась мне в позвоночник. Но у нас были одинаковые черные волосы и — как мне говорили — одинаковые улыбки. Она ответила отцу: «Вот здесь!»

Глаза всех, сидящих вокруг костра, уставились на Ари Шокту.

Ган Шокта прищурился. И попросил: «Отзовись, девочка!»

«Я здесь, отец», — ответила я.

«Она здесь, я ее держу», — сказала его жена.

И тогда Ган Шокта улыбнулся: «Я ее вижу».

Борборигмос заворчал, давая понять, что он тоже видит, и несколько воинов из толпы согласно закивали, впрочем, большинство из них притворялись, чтобы впечатлить остальных.

Я обратилась к отцу и циклопу, соблюдая все необходимые формальности: «Великий Борборигмос. Легендарный Ган Шокта. Вы должны объединить кланы и помочь другим гильдиям. Или нам всем конец».

Ган Шокта в ответ зарычал, тыча пальцем в Борборигмоса: «Именно это я ему и говорил. Но упрямый дурак не хочет ничего слушать».

Борборигмос бросился ко мне, вытянув огромную руку. Я выскользнула из объятий матери и оказалась в его кулаке, в котором практически полностью утонула.

И я увидела, как Тейо невольно шагнул вперед на мою защиту — что, впрочем, было совершенно бесполезно.

Интересно, почему мне это так нравится? В смысле, не то чтобы я нуждалась в защите. Точно уж не от Борборигмоса. По правде сказать, практически ни от чего. Но

Госпожа Кайя положила руку на плечо Тейо и что-то прошептала, останавливая его.

Циклоп поднял меня так, чтобы я могла говорить прямо в его огромное (и полное серы) ухо. Я сказала: «Это правда очень важно. Жизнь Груулов — и всей Равники — зависит от тебя».

Он яростно замотал головой.

Я сложила ладони чашечкой и повторила все еще раз. А потом чмокнула его в щеку.

Он слегка покраснел, и я поняла, что старый растяпа в моих руках

Две гильдии готовы. Осталось еще две.


VI.

«Прошу, — промолвил мастер Зарек. — Хватит». Он догнал нас троих, и мы вместе вошли в Корозду. «Я только что шестьдесят шесть минут осушал маяк. Я устал, и мне не хватит терпения на твои игры. Или на твоего воображаемого друга».

«Это не игра, — ответила госпожа Кайя. — Крыса не воображаемая, пойми ты уже, черт побери. Можно подумать, ты никогда не сталкивался с чарами невидимости».

«Хорошо, если она использует чары невидимости, скажи ей, чтобы прекратила».

«С ней все не так просто. Это врожденное. Она не может включать и отключать эту способность по своему желанию».

Я сказала: «Вряд ли это сработает, но поверните его голову точно туда, где я стою». Пока Тейо и госпожа Кайя слушали меня, я наблюдала за мастером Зареком. Он все еще считал, что над ним подшучивают, и его явно раздражал их «глупый розыгрыш».

«Попробовать можно», — сказала госпожа Кайя. Затем без предупреждения призраком скользнула сквозь него, что, думаю, застало его врасплох.

«Чтоб тебя, Кайя, какого Крокта ты…»

Оказавшись у него за спиной, госпожа Кайя в прямом смысле схватила его голову вновь обретшими плоть руками и направила ее на… ну в мою сторону.

Я помахала рукой и сказала: «Привет!»

У него отвисла челюсть, а мозг выдал что-то вроде «Откуда она взялась?»

«Ну, изначально я из кланов Груул. Но я Безвратная, если вам интересно. Меня зовут Аретия Шокта, но вы можете звать меня Крысой. Меня все так зовут. Ну ладно, не все. Кроме родителей и крестного. А все остальные, кто меня знает, так и зовут. Гекара звала меня Крысой. Я по ней скучаю. И готова поспорить — вы тоже скучаете. Я знаю, вы делали вид, что она вам безразлична, но вы ценили ее дружбу. Она была очень преданной подругой, правда? И такой веселой. Он меня всегда смешила, смешила и смешила… Меня почти никто так не смешил. Ну, по крайней мере, не специально».

Чтобы видеть и слышать меня, ему нужно было максимально сконцентрироваться, так что он мог потерять контакт в любую секунду, поэтому я старалась выложить ему все.

Но мы же знаем, что истина гораздо глубже, да?

«Не обижайтесь. Гекара меня попросила, а я сделала бы для нее все что угодно. Абсолютно все. Она знала, что вы не заметите меня. В смысле, поначалу она думала, что заметите, но очень скоро выяснилось, что нет. И мастер гильдии Ракдос приказал ей быть с вами рядом, а вы от нее постоянно отделывались. Так что ей пришлось просить моей помощи. Это ваша вина в какой-то мере. Так что я следила за каждым вашим шагом».

Я взглянула мимо него — на госпожу Кайю — и сказала: «Поэтому я и удивилась, что вы меня заметили».

Она отпустила мастера Зарека и подошла ко мне: «Когда сегодня я увидела тебя в первый раз, ты мне показалась смутно знакомой, как будто мы уже встречались где-то в городе. Но я здесь чужая, поэтому не особо запоминаю местных, пока они не начинают представлять угрозу».

«И вам даже в голову не пришло, что не должны видеть меня, так что даже и не упоминали об этом. И даже не поздоровались!"

«Да, ну… прости, пожалуйста».

«Да, ну… я вас прощаю», — ответила я, копируя ее тон и взяв ее за руки.

Пытаясь осознать все, что ему сказали, мастер Зарек вмешался: «То есть ты следила за мной с того момента, как я познакомился с Гекарой?»

«Периодически. Когда она была с вами, то не нуждалась в моих услугах. Но я старалась всегда быть рядом, чтобы взять ваш след, когда вы в очередной раз решите ее спровадить».

Госпожа Кайя слегка улыбалась, пока мастер Зарек переваривал все, что я успела ему сказать. Тут он снова потерял концентрацию, и я исчезла из его поля зрения.

Тейо заметил его замешательство и сообщил: «Она все еще рядом с Кайей».

Мастер Зарек сосредоточился — и я вновь появилась! Он сказал: «Думаю, мне надо извиниться, что не заметил тебя».

«Я привыкла. И то, что вам удается меня увидеть сейчас, действительно впечатляет. Мама говорит, что отцу понадобилось три месяца после моего рождения, чтобы научиться меня замечать. А вы это освоили почти сразу. Вы больше открыты новым вещам, чем сами думаете».

«Я считаю, что предельно открыт новым вещам».

«Нет, вы так не считаете. Вы хотите, чтобы так было. Но не верите в это. А на самом деле — открыты. Разве это не странно?»

Похоже, мастер Зарек наконец заметил свою отвисшую челюсть и закрыл рот.

Госпожа Кайя, все еще ухмыляясь, сказала: «Некогда болтать. Нам пора идти».

Она вела нас вглубь Корозды, Лабиринта Разложения, что по определению означало, что мы ходим кругами. Концентрическими кругами, уводящими все глубже и глубже во владения Роя Голгари. Я позволила двум мастерам гильдий вести нас, хотя была готова в любой момент показать правильный путь. Я очень, очень часто видела эти гниющие живые изгороди из грибов, так что давно разгадала их загадку.

Нас — а точнее, троих из нас, потому что меня, конечно, никто не заметил — уже пропустили в Корозду; мы прошли мимо крепости Певнар, Висячего Форта, — перевернутого замка, чей фундамент крепился к потолку. Мастер Зарек был готов к сопротивлению со стороны крунстража, охранявшего крепость. Но насекомоподобные воины-краулы просто наблюдали, как мы (ну, в смысле, трое из нас) вошли в лабиринт.

{2311}
{2312}{2313}Kraul Harpooner | Art by:{2314} Kev Walker

Теперь, когда мы достигли центра, стало ясно, что мы не встретим не только сопротивления — мы вообще никого не встретим. А это означало, что нас (их) ждали. Ну или возможно, что мы (они) идут прямиком в ловушку. А может, и то, и другое сразу.

Мы внимательно осматривались в поисках засады. Я заметила, как мастер Зарек проверил Аккумулятор, который нес за плечами. Я наклонилась и взглянула на датчик. Он показывал на несколько делений выше максимальной емкости. Для осушения маяка, должно быть, понадобилось откачать массу сока.

Зарек ускорил шаг, обогнал Кайю и вошел в огромный круглый амфитеатр с рядами каменных сидений, покрытых мягким мхом.

Предводительница Былых, лич Враски, маг-нежить Голгари приветствовала нас: «Добро пожаловать, мастер гильдии Зарек. Добро пожаловать, мастер гильдии Кайя. Рой Голгари рад видеть вас в Свогтосе». Ее голос шуршал, как опавшая листва на заброшенной могиле.

Похоже, мастер Зарек забыл имя лича, так что я подошла к нему и прошептала: «Сторрев».

Он еле заметно улыбнулся, и я услышала его мысль: «Спасибо, Крыса».

«Не за что».

Немного официально он ответил: «Мы ценим ваше гостеприимство, Сторрев». Былая выглядела чуть удивленной и, вероятно, польщенной тем фактом, что мастер Зарек знал ее имя. И снова я услышала, как он подумал — на этот раз, возможно, чуть менее неохотно: «Спасибо, Крыса».

Я ухмыльнулась.

«Пришли трудные времена, — промолвила госпожа Кайя. — Мы хотим говорить с Мазиреком». Господин Мазирек, глава краулов, был доверенным насекомым госпожи Враски — и самым вероятным кандидатом на ее место в качестве главы гильдии Голгари.

Госпожа Сторрев вздохнула, кивнула и ответила: «Следуйте за мной».

Мы отправились за ней, пересекли амфитеатр и углубились в Свогтос, подземную ратушу Голгари. Когда-то это был великий собор Орзовов, настоящий сводчатый шедевр, под которым несколько столетий назад образовался провал. Орзовы забросили его. А Голгари сочти его руины своей собственностью.

Госпожа Сторрев привела нас в пещерообразный зал, известный как Зал скульптур. По его центру проходила мощеная дорожка, обе стороны которой украшали статуи. Вот только статуи не были настоящими статуями. Они были жертвами. Жертвами госпожи Враски. Как и госпожа Исперия, обращенная в камень. Но в отличие от Исперии, чьей последней эмоцией было легкое удивление, на этих лицах был запечатлен ужас: они застыли с поднятыми руками в тщетной попытке защититься от смертоносного магического взгляда горгоны.

В дальнем конце дорожки несколько фигур сгрудились около огромного каменного трона госпожи — или, скорее, королевы — Враски. Было любопытно, что ни один из этих голгари не взгромоздился на трон. Неужели еще никто не занял место Враски в качестве мастера гильдии? Или это было потому, что материалом для страшного престола королевы послужили ее мертвые враги, которых собрали вместе и буквально переплели, прежде чем они навсегда превратились в камень.

Когда мы подошли ближе, я увидела, что среди голгарских аристократов нет господина Мазирека.

Мадам Сторрев слегка поклонилась и представила мастера Зарека, госпожу Кайю и Тейо (но, конечно, не меня) краулу, воину крунстражей Аздомасу, главе девкаренов Матке Изони, троллю Варольцу и эльфийской шаманке Севрайе.

«Мазирек?..» — спросил мастер Зарек.

Прежде чем ответить, господин Аздомас прочистил горло, издав серию щелкающих звуков. В этих щелчках, как и в его голосе, звучала мрачная ярость: «Мазирек оказался еще одним союзником Боласа, изобличенным королевой Враской перед ее отбытием».

«Враска изобличила его?»

«Да, — прошуршала госпожа Сторрев, — Враска освободила Былого и преподнесла нам нашего мучителя Мазирека».

«Он заплатил самую высокую цену за то, что предал Рой», — заключил господин Аздомас.

Госпожа Кайя смотрела на господина Аздомаса, на госпожу Сторрев, на Матку Изони, на госпожу Севрайю, пока не встретилась взглядом с огромным грибным троллем — господином Варольцем. Убийца-призрак как будто оценивала каждого из них, пытаясь понять, сколько сил потребуется на каждого в случае необходимости. «Могу я узнать кто ваш новый мастер гильдии? К кому мы должны обратиться?»

Они обменялись настороженными взглядами, по которым все стало понятно еще до того, как госпожа Сторрев ответила: «Каждый из присутствующих — кроме меня — имеют право претендовать на престол Враски».

«Враска претендует на престол Враски».

Мы все обернулись и увидели проявляющуюся из силуэта фигуру.

Это была королева Враска собственной персоной.

Когда она полностью проявилась, мастер Зарек поднял руку, прикрывая глаза. Госпожа Кайя сделала то же самое. Я заставила Тейо прикрыть глаза. Мне нравилась королева Враска, но Тейо мне нравился больше — и я не хотела, чтобы он стал еще одним украшением Зала Изваяний.

Все еще прикрыв глаза одной рукой, мастер Зарек включил Аккумулятор. Госпожа Кайя достала один из своих длинных кинжалов. Оба были готовы к встрече с предавшей их горгоной.

Королева Враска не обратила на них ни малейшего внимания, обратившись к Голгари: «Кто-то хочет оспорить мое право на престол?»

Госпожа Сторрев, господин Аздомас, господин Варольц и госпожа Севрайя поклонились и одновременно произнесли: «Нет, моя королева». Матка Изони выглядела недовольной, но тоже поклонилась и произнесла ту же фразу — только на полсекунды позже остальных голгари.

Мастер Зарек осмелился взглянуть на королеву Враску и увидел то, что видела я. Ее глаза не сияли, а значит она не призывала магию, чтобы превратить кого-нибудь в камень. Стало чуть легче, но мы знали, что в случае необходимости она призовет эту силу в одно мгновение. И кроме того, у нее были и другие умения, другое оружие. Например, сабля на поясе.

«Ты выглядишь нелепо, — обратился к ней мастер Зарек, стараясь, чтобы горечь в его голосе напоминала презрение. — В кого ты вырядилась? В пирата?»

Ого, пиратская королева! Звучит неплохо!

Она все еще не обращала на него никакого внимания, пройдя мимо, чтобы занять место на своем ужасном троне.

«Я удивлена, что ты вернулась в Равнику, — спокойно сказала госпожа Кайя, — даже поражена, можно сказать»

«Я в смятении», — добавил мастер Зарек.

«Особенно после того, как маяк был выключен?» — спросила королева Враска, словно пытаясь вывести из себя своих бывших друзей, бывших союзников.

Мастер Зарек был готов к бою. В его волосах потрескивали статические разряды. «Так что произошло? — зарычал он. — Ты решила, что Болас уже побежден — или что он празднует триумф


VII.

Королева Враска провела нас по тоннелям Голгари, прекрасно осознавая, что двое ее бывших друзей, мастер Зарек и госпожа Кайя, идут прямо позади нее, и что один готов ее поджарить, а вторая — проткнуть клинком.

Мастер Зарек буквально прошипел в спину королевы Голгари: «Только повернись, чтобы посмотреть на меня, и я не буду колебаться».

Ситуация была по-настоящему невыносима, так что я приблизилась к госпоже Кайе и прошептала: «Знаете, в глубине души Гекаре нравилась Враска. Может, нам стоит поверить ей на слово? Ну, то есть, как вы считаете — почему она вернулась?»

Помолчав, госпожа Кайя ответила: «Не знаю. Я спрошу».

«Спросишь о чем?» — прорычала королева Враска через плечо.

«Моя подруга Крыса интересуется, почему ты вернулась. Она склонна доверять тебе, потому что Гекара считала тебя своим другом. Кроме того, я тоже когда-то доверяла тебе»

Такое обращение вряд ли могло дать нам какие-то разумные ответы и, конечно, королева Враска проигнорировала и вопрос, и комментарии. Или, по крайней мере, попыталась. Я поспешила вперед, чтобы увидеть выражение ее лица — и, возможно, понять ее мысли. Она определенно была настроена враждебно, но я была уверена, что она также полна решимости помочь помочь нам, помочь Равнике и, конечно, помочь Голгари.

После ее появления господин Аздомас вкратце описал ей текущее положение дел в Равнике. Она явно ничего не знала о назревшем кризисе, но и ничему особо не удивилась. Ну, разве что тому, что господин Белерен потерял свое влияние как живой Договор Гильдий. Эта новость, похоже, застала ее врасплох, и стало ясно — по крайней мере мне, — что его сложные чувства к ней были взаимны.

Также господин Аздомас доложил, что Голгари, Безвратные и члены других гильдий оказались в ловушке в различных частях города по милости драконовых Вековечных.

Королева Враска предложила помощь, которую мастер Зарек немедленно отверг. Госпожа Кайя тоже поначалу отказалась. Но тут вмешалась я: «Нам нужны Голгари, она глава Голгари, так что вариантов у нас мало».

«Мы не можем ей доверять».

«И все-таки она нужна нам».

«Тебя там не было. Ты не знаешь. Если бы она не…»

«Я знаю. Знаю. Поверьте, я знаю».

«Тогда как я…»

«Проверьте ее. Дайте ей шанс доказать, что она заслуживает доверия. Или не заслуживает».

Тогда госпожа Кайя вздохнула и повернулась к королеве Враске, чтобы принять ее помощь. И когда мастер Зарек снова возразил, Кайя заставила его пусть неохотно, но согласиться.

Так что теперь три мастера гильдии вместе со мной, Тейо, господином Аздомасом и госпожой Сторрев плыли по подземным водным путям и канализационным тоннелям, выполняя спасательную миссию.

Королева Враска остановилась под большой железной решеткой. Одной рукой она совершала жесты, стараясь не оглядываться, потому что любой ее самый безобидный взгляд мог спровоцировать мастера Зарека на упреждающий удар.

Господин Аздомас подошел и выдернул решетку. Скрежет железа о камень эхом разнесся по тоннелю.

Голос сверху взревел: «Кто там?»

Мастер Зарек, ненадолго забыв о недоверии к королеве, шагнул вперед и довольно громким шепотом спросил: «Это ты, Златогривый?»

И конечно же, в проеме мы увидели голову господина Златогривого. «Зарек?» Леонинец сразу заметил главу гильдии Иззет и сказал с ноткой тревоги: «Я вел нескольких мироходцев на помощь в эвакуации мирных жителей». Но нас атаковали Вековечные. Шесть или семь отрядов. Мы уже больше часа сидим в этой старой часовне. Здание полностью окружено. Их привлекают наши искры, и они не уйдут. Мы держали Орду Ужаса на расстоянии, но это уже проигранная битва. Хази иссушили, когда Вековечный пробил рукой стену и схватил ее за запястье».

Королева Враска встала рядом с мастером Зареком и произнесла: «Теперь вы сможете выбраться».

Господин Златогривый обратил на нее свой здоровый глаз и сказал: «Вы, должно быть, Враска. Джейс надеялся, что вы появитесь. Он вам верит».

Королева Враска нахмурилась, но ответила: «Веди всех вниз. У Голгари они будут в безопасности. Даю слово».

Мастер Зарек усмехнулся, но промолчал.

Без единого звука лицо Златогривого исчезло из проема. Прошла минута. Другая. Королева и мастер Зарек обменялись смущенными взглядами. Я уже собралась вскарабкаться и предложить свою помощь, когда господин Златогривый спрыгнул вниз. Он бесстрашно подошел к горгоне и произнес: «Нас не представили. Я Аджани Златогривый из Стражей». И протянул руку.

Она сжала рукой его покрытое шерстью предплечье, а он — ее гладкое. Враска сказала: «Добро пожаловать во владения Голгари, Аджани Златогривый. Здесь вы в безопасности».

Он с улыбкой кивнул. Затем поднял голову и скомандовал: «Начинайте спускать их».

Одного за другим жителей Равники — в основном детей — принимали руки господина Златогривого, господина Аздомаса, госпожи Кайи, Тейо и королевы Враски. Конечно, я тоже хотела помочь, но я могла бы стоять там целый день, а ребенка мне никто бы не передал. Так что я просто старалась не мешать.

Недоверчивый мастер Зарек также отошел в сторону. Королеве Враске передали юную эльфийку — лет пяти-шести — которая уткнулась в грудь горгоны, громко рыдая от страха и горя. Враска выглядела ошеломленной. Но крепко держала девочку.

Сверху раздался шум. Кто-то закричал: «Они вышибли двери!»

Последние двое равникийцев оказались внизу, а за ними спустилась пара мироходцев, которых я видела на встрече. Господин Златогривый быстро представил их как госпожу Му Янлин и господина Цзяна Янгу. Последний позвал: «Ко мне, Моу!»

В руки господина Янгу спрыгнула небольшая собака. Она оказалась намного меньше той, которая была в Сенате.

У него что — две собаки?

Господин Янгу опустил питомца на пол тоннеля, и животное начало расти, превратившись в треххвостую собаку ростом с хозяина — ту самую, которую я видела раньше.

Крокт побери, я тоже хочу волшебного пса!

Господин Златогривый спросил: «Где Уатли?»

«Здесь!» — отозвалась госпожа Уатли, спрыгивая вниз. — Я последняя, но они идут прямо за мной!» В доказательство ее слов сверху свесилась лазотеповая рука, хватавшая воздух и чуть было не сцапавшая госпожу Уатли.

Рука исчезла во тьме проема, и на ее месте появились головы трех Вековечных. Они начали спускаться одновременно, мешая друг другу.

Это дало королеве Враске нужное количество времени. Она призвала свою силу — я видела, как она разгорается в ее глазах — и направила ее на потолок, чтобы не разгневать мастера Зарека. Горгона сильнее прижала к груди плачущую эльфийскую девочку и ладонью прикрыла ей глаза. А затем, когда три страшилы сунулись в проем, королева Враска взглянула на каждого из них, превратив всех троих в камень. Звук, с которым они окаменели, был в высшей степени удовлетворительным; таким образом Враска не только остановила преследователей госпожи Уатли, но и эффективно запечатала единственный для Вековечных проход вниз из часовни над нами.

Госпожа Сторрев приблизилась к своей королеве и что-то зашептала ей на ухо. Она слушала, повернувшись к мастеру Зареку, который немного отступил, но не пытался убить ее электрическим разрядом (что я расценила как хороший знак). Может, потому что ее глаза больше не сияли, что означало отсутствие угрозы. Или, возможно, потому что она все еще держала на руках маленькую всхлипывающую эльфийку. Или, возможно — только возможно, — потому что она все-таки вернула капельку потерянного доверия.

Она сказала: «Голгари открывают проходы по всему городу, мы спрячем всех жителей Равники, которых сможем найти. Мы сражаемся с армией Боласа и спасаем жизни». И с небольшой долей сарказма добавила: «Не стоит благодарности».

Мастер Зарек промолчал.

Я подумала: «Три есть». Осталась одна.

Госпожа Кайя сказала: «Хорошо. Осталась всего одна вещь, которую мы должны сделать»


Война Искры Архив рассказов
Planeswalker: Златогривый Аджани
Planeswalker: Уатли
Planeswalker: Джейс Белерен
Planeswalker: Цзян Янгу
Planeswalker: Кайя
Planeswalker: Му Янлин
Planeswalker: Нисса Ревейн
Planeswalker: Рал Зарек
Planeswalker: Враска
Planeswalker: Тейо Верада

Latest Magic Story Articles

MAGIC STORY

13 Июнь 2019

Война Искры: Равника — Пепел by, Greg Weisman

Хотите больше историй из мира Magic? Зарегистрируйтесь и узнайте предысторию событий из 20 бесплатных рассказов от Джанго Векслера в рассылке от Del Rey! Предыдущий рассказ: Операция «Отч...

Learn More

MAGIC STORY

4 Июнь 2019

Война Искры: Равника — Операция «Отчаяние» by, Greg Weisman

Предыдущий рассказ: Отчаянные переговорщики История содержит спойлеры на роман «Война Искры»: Равника Грега Вайсмана. Родители, пожалуйста, имейте в виду, что этот рассказ может быть не...

Learn More

Статьи

Статьи

Magic Story Archive

Хотите узнать больше? Исследуйте архив и погрузитесь в тысячи статей по Magic ваших любимых авторов.

See All

Мы используем файлы «cookie» на данном сайте с целью персонализации материалов и рекламных объявлений, предоставления сервисов социальных сетей и анализа веб-трафика. Нажимая «ДА», вы соглашаетесь с нашим использованием файлов «cookie». (Learn more about cookies)

No, I want to find out more