Загадка поместья Марковых

Posted in Magic Story on 5 Август 2016

By James Wyatt

James Wyatt joined Magic’s creative team in 2014 after more than 14 years working on Dungeons & Dragons. He has written five novels and dozens of D&D sourcebooks.

Предыдущая история: Жертва

Джейс прибыл на Иннистрад в поисках Сорина Маркова, одного из трех Planeswalker-ов, пленивших Эльдрази на Зендикаре тысячи лет назад. Несмотря на зловещие предупреждения Лилианы Весс, он отправился в Поместье Марковых — родовой дом вампира-planeswalker-а. Оставшись без помощи Лилианы и без каких-либо других наводок, Джейс идет к единственному известному ему месту, где можно узнать что-то о местонахождении Сорина.


Поместье Марковых было разорвано, выпотрошено, и его внутренности были выставлены на всеобщее обозрение, словно у вскрытого животного, распятого на лабораторном столе. Шпили, коридоры, контрфорсы и башенки были вырваны с мест и подвешены под немыслимыми углами вокруг расколотого ядра поместья.

Джейс стоял у конца идущего от горной дороги длинного изогнутого моста. Под ним была бездонная пропасть, в которой клубился туман. Впереди, где раньше продолжался мост, тут и там висели над бездной камни, дорожкой ведущие ко входу в поместье.

«Похоже, Сорина нет дома», — пробормотал сам себе Джейс.

Он вдруг увидел это место таким, каким оно должно было быть. Захватывающая дух постройка с затейливо украшенными шпилями и балюстрадами, грифом примостившаяся на высоком горном уступе. У него перехватило дыхание, когда он оценил масштаб этого... нет, не поместья — замка. Дворца.

И видение исчезло, словно иллюзия. Нахмурившись, Джейс мысленно потянулся в поисках чужого разума, внушившего ему эту картину. Но рядом никого не было — по крайней мере, никого, кого он мог бы найти. Маг привычно укрепил защитные обереги, постоянно охранявшие его разум, и взглянул на замок, каким он был сейчас.

«Это Сорин сделал?» — подумал он. Лилиана предупреждала, что ему в этом доме вряд ли окажут теплый прием. Сейчас один только масштаб разгрома заставил его остановиться в изумлении. Уже не в первый раз он задумался, не стоило ли более серьезно отнестись к словам Лилианы.

«Надо уходить», — подумал Джейс, но что-то манило его внутрь. Парящие камни собирались в узоры и рассыпались вновь, намекая, что кто-то расположил осколки замка по воле своего разума, что в этом невероятном разрушении есть какой-то смысл. «Это головоломка, — заключил он, — а головоломки должны быть разгаданы».

Конечно же, первым испытанием этой головоломки стала сама дорога к поместью. Тропинка из висящих в воздухе камней не внушала магу доверия. Конечно же, после путешествий по эдрам Зендикара эта задача оказалась для него не настолько сложной, как могла бы быть.

Джейс потянулся разумом к ближайшему камню и надавил. Тот едва сдвинулся с места. Маг не мог нажать на камень с такой силой, чтобы изобразить свой полный вес, но результаты первой проверки оказались обнадеживающими. Потянувшись силой дальше, Джейс толкнул следующий камень. Камень качнулся совсем чуть-чуть. Третий камень не сдвинулся вовсе, но Джейс знал, что сила его телекинеза на расстоянии снижается.

Само собой, это было рискованно. Но он никогда в жизни не видел ничего подобного этому замку — даже на Зендикаре, где законы гравитации по большей части были необязательны к исполнению. Головоломки должны быть разгаданы.

Маг шагнул с края моста и наступил одной ногой на парящий камень. Тот опустился ниже, чем ожидал Джейс, и телепату пришлось раскинуть руки, чтобы удержать равновесие. Опустив на камень вторую ногу, он пригнулся, чтобы понизить центр тяжести. «Ладно, — подумал он, — не так уж и сложно».

Джейс шагнул на следующий камень, потом на третий. Шаг, еще шаг.

А потом он оказался на целом мосту, и нетронутый замок вновь возвышался над ним во всем своем величии. Джейс отдернул занесенную ногу, не зная, где надежный камень, а где иллюзия, видение, или что бы это ни было.

Он присел и снова мысленно прощупал все вокруг, пытаясь найти хоть что-то, что вмешивалось в его чувства. Но маг опять ничего не нашел, а видение исчезло.

Еще один шаг, за ним другой, с камня на камень, и наконец Джейс оказался на другой стороне пропасти.

«Надеюсь, мне не придется в спешке ретироваться», — подумал он.

Перед ним возвышалась громадная арка, высокая настолько, что под ней могли пройти целых шесть Джейсов, стоящих друг на друге. Над аркой и вокруг нее красовались гротескные барельефы скелетов, ведьм, волков, демонов и неведомых тварей, но всех их затмевала одна фигура колоссального вампира — Маркова, родоначальника и первого хозяина поместья, как справедливо предположил Джейс. По сторонам от нее располагались ухмыляющиеся черепа в человеческий рост, и побелевший камень на самом деле вполне мог оказаться настоящими костями.

Маг шагнул в арку и оказался среди каменных стен.

Мои шаги эхом раздаются в длинном вестибюле, отражаются от стен где-то высоко над головой. Кто-то идет за мной? Я останавливаюсь и вслушиваюсь в чужие мысли. Звук не прекращается, но это не шаги, а стук моего сердца. Каждому удару предшествует еще один, более тихий.

Ну конечно. У вампиров должна была быть какая-то магия, предупреждающая, что в их чертоги проникла живая душа. Словно колокольчик к обеду.

Слишком быстро. Вздохни поглубже, Джейс. Сердце не должно так быстро биться.

Мне нужен свет. Я протягиваю руку, и в ладони появляется синий огонек. Он разгорается и становится достаточно ярким, чтобы освещать дорогу, но не выдает моего присутствия, если смотреть издалека. По стенам вестибюля висят гобелены. Они колышутся, словно от ветра, но я ничего не чувствую. Я мысленно тянусь к гобелену и отталкиваю его в сторону. За ним лишь голая стена. Очередная иллюзия.

До меня, словно принесенные несуществующим ветром, доносятся звуки. Смех, разговоры, что-то вроде музыки. Хромающий ритм и неприятная, лишенная гармонии мелодия. Возможно ли, что это место не заброшено? Нет, скорее я слышу призраков прошлого. Этого мира и его мертвецов.

Я дохожу до конца вестибюля, и звуки затихают. Словно я зашел в зал, где шел веселый пир, и вдруг все замолчали, уставившись на меня. Но здесь на меня смотрели лишь холодные стены.

«Почему ты пришел сюда?» — разорвал тишину голос. Мой голос. Я заговорил? Мой рот закрыт, и я только что понял, как пересохло у меня в горле... Но я действительно хотел спросить сам себя...

Почему я сюда пришел? Потому что она предупреждала меня не делать этого? Потому что сказала, что это опасно? Потому что я хотел взглянуть смерти в лицо и выжить, чтобы рассказать об этом?

«Потому что ты хотел умереть?»

Я знаю, что не говорил этого. В который раз я потянулся мыслями, пытаясь отыскать разум, породивший эти слова. Но он ускользал от меня.

Я не первый человек из плоти и крови, кто недавно побывал в этом месте. Я вижу его, словно память... но чья это память? Замка? Может быть, голос — часть этой памяти. Он стоит здесь, дрожащий от ужаса, подгибая коленки, прижимает что-то — книгу — к груди и смотрит вверх на... не вижу. На что-то... вон там.

Там, куда упал испуганный взгляд человека, есть приоткрытая на волосок дверь. Как же меня злит это место! Что-то здесь играет с моими чувствами, давит на разум, а я не могу понять, что это. И не могу остановить. Я не видел эту дверь раньше, а сейчас заметил лишь потому, что кто-то этого хотел... кто-то или что-то.

Призрак? Если в стенах замка поселилось привидение из Иннистрада, узнал бы я об этом? Не знаю, способен ли я обнаружить такой разум. Мне пока не выдавалось возможности это проверить. Надо будет попробовать, если я встречусь с приведением.

Возможно, я сам иду в ловушку, но я поднимаюсь по ступеням и толкаю дверь. Та раскрывается с металлическим стоном.

...надо уходить...

Слова незваными гостями возникли у меня в голове. Я их не думал. Но никаких признаков чужеродного вторжения в разум не было. Мои обереги надежно защищали его. В этом месте звук играет странные шутки? Или это разум древнего вампира-planeswalker-а, который я не могу обнаружить и не могу дать ему отпор? Может быть, Лилиана была права?..

...убить меня...

Обрывок мысли, воспоминания. Чьего-то воспоминания. Должно быть, человека, которого я видел в вестибюле, — или его привидения. По спине ползет холодок, и это совершенно нерационально. Я игнорирую его.

В этом узком коридоре стук моего сердца звучит громче. Синий свет играет на каменных стенах. Кажется, что он слишком яркий. Я приглушаю его и ближе подпускаю темноту.

«Почему ты пришел сюда?» Мой голос — хриплый, громкий. Да, это был мой голос. Я разговариваю сам с собой.

Фишка Улики | Иллюстрация: Клифф Чайлдс

Первый вариант: кто-то вмешивается в мою память.

Второй вариант: я сплю и нахожусь в том полубессознательном состоянии, когда от одной сцены к другой переходишь без всяких промежутков.

Я не помню, как сюда попал. Я в большом зале, где-то в глубинах замка, и в чертогах вокруг меня играет ветер. Камень скрежещет о камень, и колоссальные архитектурные элементы медленно кружат в воздухе. Когда-то это была просторная зала с высокими колоннами, сейчас же — туча парящих обломков. Из камня торчат руки, лица, тела. Десятки и десятки — пойманные, окаменевшие, заключенные в гранит.

«Что происходит?!» — кричит кто-то. Я вздрагиваю и отступаю в тени, мысленно прощупывая пространство в поисках источника голоса. Но один голос становится множеством, многоголосием, криками чистой боли и ярости, побелевшее лицо с бешеными глазами: «Я расквитаюсь!..»

И наступает мертвая тишина.

Я поворачиваю голову и оказываюсь лицом к лицу с вампиром с раскрытой пастью и обнаженными клыками. Тело реагирует быстрее мозга, и я отпрыгиваю, прежде чем успеваю понять, что вампир мертв и пленен в стене. Стыдно.

Это все вампиры. Полагаю, потомки Маркова, построившего замок. В своей смерти они совсем не похожи на людей — обтянутый кожей череп, впалые глаза, торчащие клыки, хищные черты лица... жуткое зрелище. Лицо того, что рядом со мной, находится в центре рамы из красного дерева с золотой табличкой внизу — вот только вся стена перевернута вверх ногами, и имя на табличке находится слишком высоко, чтобы его можно было прочесть. С краев рамы свисают обрывки холста. Стараясь не касаться клыков вампира, я приподнимаю холст и вижу на нем фрагменты старинного портрета. Два алых глаза, потускневших от времени, глядят прямо на меня. Я отпускаю холст...

Каменный вампир только что моргнул?

Я отступаю, и руки вдруг лезут отовсюду, пытаясь меня схватить. Я кричу и пытаюсь вырваться из хватки вампиров, но они слишком сильны. Я чувствую их голод в горячем дыхании, но они ждут — и появляется владыка. Должно быть, это он, Эдгар Марков, прародитель всех вампиров Иннистрада...

Нет. Этого не может быть. Не сейчас. Руки — всего лишь недвижимый выступающий из стены камень, а приближение владыки вампиров — только память. Память мертвого человека.

Видимо, его привидение или какой-то призрачный фантом его разума до сих пор остался в этом месте. Наверное, призрак пытается проникнуть в мой мозг, насылает на меня эти воспоминания. Или это моя чувствительность заставляет меня впитывать заплутавшие мысли. Ну а может быть я просто сплю.

Я иду. Я не знаю, куда, и не могу вспомнить, откуда пришел. Первый вариант... ах да, я их уже обдумывал.

Здесь столько мертвых вампиров... Лилиана была права: если бы я пришел раньше, они разорвали бы меня на куски. Интересно, это случилось с тем человеком, чьи воспоминания я переживаю?

В узком коридоре я вижу свое собственное лицо, искаженное гримасой ужаса, застывшее в камне.

Нет, это его лицо. Бородатое, с пустыми глазами. Человек из вестибюля. Один человек среди вампиров. Что же ты тут делаешь, глупец?

Он держит книгу.

Каменные руки отчаянно прижимают ее к груди. Книга в синей кожаной обложке перевязана лентами из красного и зеленого шелка. Она кажется здесь чужой — не только в замке, но и во всем этом мире.

Белое лицо, светлое, словно луна, наклоняется ко мне. Ее лавандовые глаза светятся от возбуждения, она излагает мне свою теорию о чем-то, что называет «криптолитами». Это она проникла в мои мысли? Я тянусь к ее разуму, но ее, конечно же, здесь нет. Я снова прощупываю окрестности и ищу чужака — кого-то, кто прячется на самом краю моего восприятия?

Это снова его воспоминания. Записи в книге — дневнике — принадлежат ей. Он не мог знать или понять, кто она такая. Женщина из лунного народа Камигавы. Мироходец, Planeswalker. Чтобы разгадать ее письмена, понадобится чуть больше времени.

Я открываю книгу с конца и пролистываю пустые страницы, пока не нахожу последнюю запись. Но это не изящные письмена Камигавы. Запись сделана другой рукой — вероятно, его. Дженрик. Он записал свое имя, когда дневник перешел к нему — когда она отдала ему книгу и отправила его сюда.

Навстречу смерти.

Я прячусь, забившись в темный угол, а по замку разносятся звуки вампирьего пиршества — чудовищная музыка и грубый хохот. Я не могу выбраться. Они знают, что я здесь, но играют со мной. Кружат, как кошка у мышиной норы, ждут, когда я высуну голову.

Это утомительно. Возможно, я что-то узнаю из его воспоминаний, но меня совершенно не интересуют его страхи, его малодушный ужас. Стук моего сердца не замедлился, зато стал громче — по крайней мере, для меня.

Что я здесь делаю?

«Ищешь Сорина, — отвечает Лилиана. Ее голос звучит слишком громко для этого места. — Ищешь смерть».

«Я ищу вот это», — говорю я, поднимая дневник. Но ее здесь нет. Откуда бы ей здесь взяться?

Это плохо. Лилиана моя. Она была в моем разуме. Кто-то выудил ее из моей памяти и обратил голос против меня. Как это случилось?

Второй вариант, утверждающий, что я сплю, кажется мне все более вероятным. И теперь я хочу проснуться.

«Тебе надо уходить», — говорит Лилиана. Мне надо уходить.

Но я не могу выбраться.

Я поднимаюсь по лестнице с красной ковровой дорожкой — назад, откуда я пришел, — и распахиваю дверь наверху. За ней воет бешеный ветер, и все вокруг вертится. Я взмахиваю руками, пытаясь удержатся, и смотрю вниз, в туманную бездну. Я уверен, что упаду, но успеваю ухватиться за дверной косяк и отпрянуть назад.

Видимо, я пришел не отсюда.

Что-то вмешивается в мою память. Я думал, что помню, как спускался по лестнице в большой зал. Но может быть, это тоже были воспоминания Дженрика. Мне нужно просеять их, отделить свои воспоминания от его, но мне кажется, что на это у меня нет времени.

Любопытно. Почему я так спешу, когда этот замок, очевидно, пуст. Проверяю снова — но вновь не могу никого найти. Однако чувство спешки усиливается. Должно быть, это место на меня так действует. Этот эффект стоит изучить... но в другой раз.

Огромные двустворчатые двери в усеянной вампирами стене слегка приоткрыты. Я пришел оттуда? За ними помещение, напоминающее часовню. Статуя, напоминающая барельеф над входом в замок, закрывает одну из стен. Повелитель вампиров возвышается над остальными, но на этот раз он больше напоминает человека и меньше — демона-кровососа. Остальные стоят вокруг — кто-то вырезан в стене, кто-то появляется из нее, как те некогда живые вампиры в большом зале, а кто-то стоит свободно, обратившись ко мне спиной. На них одежды знати, но в их позах угадывается голод. Дюжина фигур окружает алтарь, к которому привязан ангел. Крылатая дева натягивает веревки, пытаясь вырваться, но повелитель уже занес нож, чтобы пустить ей кровь.

Выпить кровь ангела... Похоже на какой-то ритуал, на какой-то кошмарный рецепт. Если Эдгар Марков — действительно первый вампир на Иннистраде, и если нож держит именно он, то все это похоже на историю появления в этом мире вампирской расы.

Нож опускается. Сияющая серебряная кровь рекой течет из шеи ангела. Дюжина вампиров во главе с Эдгаром придвигаются, чтобы насытиться. Эдгар наполняет кровью серебряный кубок и пьет. Мне остается лишь смотреть, как ангела медленно покидает жизнь, а в кровавых убийцах — зарождается новая.

Утерев кровь с подбородка, одна из двенадцати оглядывается на меня. Либо она приглашает меня присоединиться к пиршеству, либо собирается выпить теперь и мою кровь. Я пячусь и выхожу из комнаты. Потом, обернувшись, я вижу, что все вампиры вернулись к своим недвижимым позам.

Мне нужно уходить. Но я не могу выбраться.

Ноги ведут меня в другой зал. Выглядит знакомо.

«Почему ты здесь?» — слышу я снова. Это голос Лилианы? Нет. Мо собственные потрескавшиеся губы болят. Я сам произнес эти слова.

— Я пришел за этим, — повторяю я, постукивая пальцем по книге.

— Что такого важного в этой книге?

Я не знаю. Открыв дневник, я листаю его страницы, чтобы выяснить.

На меня глядит лицо ангела. Она осуждает меня, потому что я не вмешался и не остановил ритуал вампиров? Кретин. Это рисунок в книге, а то было иллюзией, видением или обрывком памяти, дрейфующим по дворцу. Старой, старой памяти.

Рядом с портретом — еще один рисунок. На нем изображен странный перекрученный камень, как те, что я уже видел, прибыв сюда. Рисунок напоминает чертеж, и я начинаю думать, что к появлению этих камней может иметь отношение автор дневника. В них есть магия, они направляют потоки маны.

Мне удается расшифровать буквы и слова на странице. Здесь говорится об ангеле Авацине. Каждое слово строго и тщательно выписано, словно чтобы подтвердить их значимость: «Сорин сотворил ее. Сорин хотел защитить людей Иннистрада, чтобы вампиры не истребили их в погоне за кровью. Воплощение чистоты и добра Иннистрада оказалось созданием вампира-planeswalker-а, призванным хранить равновесие между могучими охотниками и беззащитными жертвами».

Ангелы... Лилиана говорила об ангелах, намекая, что они еще хуже напавших на меня вервольфов. Я решил, что это очередная ее ехидная шуточка. Ей никогда не нравились ангелы. Но письмена в дневнике утверждали, что все совсем не так.

«Ангелы сошли с ума». Хриплый кашель из пересохшего горла гулко раздается в большом зале.

Сорин Марков создал Авацину. Авацина повелевала ангелами. Ангелы нападают на людей. И кто-то разнес на фрагменты Поместье Марковых.

Первый вариант: Сорин взбесился, разрушил фамильный особняк и натравил свое ангельское создание на иннистрадских людей.

Второй вариант: кто-то встал на пути у Сорина, уничтожил его родовое гнездо и обратил его ангела против обитателей Иннистрада.

Оба варианта одинаково страшные. Но каждый из них объяснил бы, почему Сорина не было на Зендикаре. И каждый указывает на ангелов как на способ найти Сорина. А в этом дневнике говорится о безумии ангелов. Закрывая его и прижимая к груди, я говорю, ни к кому не обращаясь: «Вот что поможет мне отыскать Сорина».

Когда я выберусь отсюда.

Следующий коридор мне знаком, и я знаю, куда идти. С каждым шагом, что удаляет меня от сердца замка, все проясняется. В этих стенах слишком много фантомных воспоминаний — как недавних, так и из глубокой древности. Дженрик пришел в поместье с дневником, но когда вампиры уже были готовы изловить и сожрать его, кто-то разнес замок по частям и заключил вампиров — и беднягу Дженрика — в стены.

Вот коридор, ведущий ко входу. Я в последний раз оглядываюсь назад.

Темно... как темно. Я чувствую в темноте чье-то присутствие, голод, желание. Но не разум. Я тянусь и ощущаю... ничего. Пустоту.

Повернувшись спиной к тьме, я прохожу через высокую арку и покидаю Поместье Марковых.


Сюжет выпуска «Тени над Иннистрадом»

Описание planeswalker-а: Джейс Белерен

Описание мира: Иннистрад

Latest Magic Story Articles

Magic Story

8 Октябрь 2020

Эпизод 5: Две стражницы by, A. T. Greenblatt

Нисса приготовилась сразиться с теми, кого она когда-то считала союзниками, и вдруг подумала: а не совершила ли она огромную ошибку, оставив Зендикар? Джейс и Нахири стояли перед ней, тя...

Learn More

MAGIC STORY

30 Сентябрь 2020

Голод by, Brandon O'Brien

Окраины Свободного города Ниманы тонули в угольно-черной ночи. В этой недружелюбной тьме по направлению к лагерям пробирался мужчина в темно-серой накидке, стараясь закутаться в одеяние к...

Learn More

Статьи

Статьи

Magic Story Archive

Хотите узнать больше? Исследуйте архив и погрузитесь в тысячи статей по Magic ваших любимых авторов.

See All